– Мне просто было интересно, как вы выглядите на самом деле. Я слышал от Ху Вэя, что вы нацепили на себя эту личину, чтобы отвадить свах…

Лисьи демоны прыснули в лапы. Ху Цзин побагровел от гнева и так глянул на сородичей, что им разом расхотелось смеяться.

– Это моё дело, какую личину носить, – сказал Ху Цзин сварливо. – Ладно, признаю: ты действительно Лисий бог. И что нам с тобой делать? Ху Вэй сам не понимает, что натворил. Из-за тебя может начаться новая небесная война!

Ху Фэйцинь поёжился. Ху Цзин был прав, Небесный император на этом не успокоится и будет искать пропажу, пока не найдёт, и лучше бы тогда Ху Фэйциню быть подальше от мира демонов, иначе его постигнет та же участь, что и Лисью гору. Ху Фэйцинь не думал, что его ждёт какая-то страшная участь. Вероятнее всего, заточение в темницу, как и грозился Небесный император, или изгнание в Нижние Небеса. Но с демонами Небесный император церемониться не станет.

– Я уйду отсюда в скором времени, – сказал Ху Фэйцинь, морща лоб. – Мне с самого начала не нравилась идея Ху Вэя, но только здесь есть лекарство от ран, нанесённых небесным оружием.

– Говоришь так, словно я тебя выставить отсюда собираюсь, – раздражённо прервал его Ху Цзин. – Лисий бог попал лисьим демонам в лапы. Ты полагаешь, что можешь так просто улиснуть от нас?

– Я ещё и Тайцзы, – возразил Ху Фэйцинь с лёгким отвращением в голосе. – И вы правы, из-за меня может начаться новая небесная война. Поэтому мир демонов я покину в своё время, но прежде мне нужно поговорить с вами, Лао Ху Цзин. С вами и Ху Сюань. И желательно… наедине.

– И о чём же ты желаешь поговорить в строгой секретности? – насмешливо уточнил Ху Цзин.

Усмешка сразу пропала с его лица, когда Ху Фэйцинь ответил:

– О Тьме.

[159] Природа Тьмы. Часть первая

[159] Природа Тьмы. Часть первая

Ху Сюань наполнила чашки чаем, поставила одну перед Ху Фэйцинем. Ху Цзин очень хмуро глядел на Лисьего бога.

– Что ты знаешь о Тьме? – резковато спросил он.

– Немного, – сказал Ху Фэйцинь. – Но если я правильно понимаю, то это искажение демонической Ци?

– Никто точно не знает, – начала Ху Сюань, – какова истинная природа Тьмы. Многие демоны считают, что это проклятие небожителей.

– Никогда не слышал ни о чём подобном, – отрицательно качнул головой Ху Фэйцинь.

– А ты полагаешь, небожители рассказывают направо и налево, когда кого-то проклинают? – насмешливо спросил Ху Цзин. – Это может быть секретная техника, о которой ты не знаешь.

Ху Фэйцинь задумчиво пригубил чай. В небесной библиотеке он прочёл множество книг, в том числе и секретных, но о Тьме или о чём-то подобном в них не было ни слова. Небожители изредка страдали от искажения Ци, но небесные лекари справлялись с болезнью за две-три небесных недели. Симптомы были похожи на те, о которых упоминал Ху Вэй, поэтому Ху Фэйцинь и предположил, что Тьма – это искажение демонической Ци.

– Я так понимаю, – сказал Ху Фэйцинь, – Тьма приходит, когда случается демонический всплеск?

Ху Цзин мрачно покачал головой:

– Не всегда. Бывали случаи, когда…

Он недоговорил, помрачнел ещё больше и поглядел на Ху Сюань. Та кивнула и продолжила за отца:

– Я бы не назвала искажение Ци Тьмой. Любые возмущения Ци можно успокоить медитацией или эликсирами. Тьма же… она… Насколько мне известно, Тьма заполняет духовные каналы и разъедает Лисье пламя. Она как губка впитывает духовную энергию, и истощает демона… и никогда не насыщается. Она высасывает демона досуха. Из Тьмы никто не возвращался.

– Но ведь Ху Вэй… – начал Ху Фэйцинь. Янтарные разломы в глазах Ху Вэя говорили об обратном: он пытался сопротивляться Тьме, и у него получалось.

Ху Цзин криво усмехнулся.

Ху Сюань сделала над собой усилие и сказала:

– Можно сопротивляться Тьме, можно отсрочить смерть, но она неизбежно наступит, когда силы демона иссякнут. А-Вэй умирает.

Пальцы Ху Фэйциня разжались сами собой. Чашка упала на стол, опрокинулась, чай расплескался.

– А-Фэй? – с тревогой спросила Ху Сюань. Ей показалось, что Ху Фэйцинь на грани обморока: его лицо стало мертвенно-бледным, глаза выцвели.

Ху Фэйцинь скомкал одежду на груди, лицо его исказилось на долю секунды болью. Лисье пламя внутри взвилось так, словно в огонь подлили масла, тут же схлынуло и почти погасло, двенадцать лисьих языков ослабли, тринадцатый остался незыблем. Нечто похожее Ху Фэйцинь уже испытывал – тогда, на Лисьей горе, среди обугленных трупов, но сейчас это чувство безысходности было настолько сильно, что он лишился дыхания и основных чувств на какое-то время. Он сделал над собой усилие воли, заставил Лисье пламя разгореться вновь, но лицо его так и осталось бледным.

– Это из-за червя? – кажется, спросила Ху Сюань, хватая его за руку и щупая пульс. – А-Фэй?

Ху Фэйцинь прикрыл глаза. Тьма захватила Ху Вэя, и он умрёт, когда его силы иссякнут. Могут пройти годы или столетия, прежде чем это случится, поскольку Ху Вэй впечатляюще силён, но рано или поздно его силы иссякнут, и он умрёт.

– Разве нет эликсиров или пилюль, способных восстанавливать силы, прежде чем Тьма пожрёт их полностью? – не открывая глаз, спросил Ху Фэйцинь.

– Тьма высасывает силы быстрее, чем удаётся их пополнять, – сказал Ху Цзин. – Лисьи знахари тысячелетиями пытались укротить Тьму, но тщетно. Позор на мои лисьи хвосты, я даже обращался к человечьим хэшанам…

Ху Фэйцинь издал едва слышный стон. Он подумал о небесных тысячелетних пилюлях. Они могли бы замедлить распространение Тьмы. Но Чангэ отдал им всё, что у него было, а на создание новых потребуется две тысячи человечьих лет минимум. У Ху Вэя нет столько времени.

«Зачем я принял их все?!» – болезненно подумал Ху Фэйцинь.

– …остаётся только смириться, – донеслось до него.

Ху Фэйцинь открыл глаза и поглядел на них. Ху Цзин, несмотря на молодую личину, казался бесконечно старым, говоря это. Ху Сюань бледно улыбалась, в углу её глаза Ху Фэйцинь заметил прозрачную каплю, дрожащую на кончике ресницы.

Смириться?

– Ни за что! – резко сказал Ху Фэйцинь. Оба лисьих демона поглядели на него удивлённо. Он слегка смутился.

Его чувства были противоречивы. Иногда ему казалось, что он ненавидит Ху Вэя. Его бесцеремонность выводила Ху Фэйциня из себя. Бывали моменты, когда ему казалось, что он не представляет своей жизни без Ху Вэя. Лис-с-горы неоднократно спасал его, помогал ему постигать Лисье Дао, даже убивал ради него.

Инь и Ян лисьего мира – так, кажется, сказал сам Ху Вэй.

Ху Фэйцинь спокойно принимал мысль о собственной смерти: он не страшился умереть от проклятия, когда был на Таошань, он едва не убил себя на церемонии Становления и ничего не чувствовал по этому поводу. Но мысль о неизбежной смерти Ху Вэя от проклятия Тьмы его страшила и приводила в отчаяние. Он не хотел, чтобы Ху Вэй умирал.

– Тут даже лисьи боги бессильны, – сказал Ху Цзин.

Ху Фэйцинь поглядел на него сквозным взглядом:

– И сколько лисьих богов вам об этом сказали?

[160] Природа Тьмы. Часть вторая

[160] Природа Тьмы. Часть вторая

– Если Тьма – это проклятие, – помолчав, заговорил Ху Фэйцинь, – то проклятие можно снять. Если Тьма – это недуг, то для него должно найтись лекарство. Я должен понять природу Тьмы, чтобы попытаться найти решение.

Ху Цзин бросил на него быстрый взгляд:

– Ты полагаешь, что можно спасти моего сына?

Ху Фэйцинь задумчиво тронул подбородок пальцами:

– Я должен понять, что есть Тьма. Я знаю только, что Тьма отражается в глазах, что Тьма выхолаживает тела демонов и нарушает их сердечные ритмы… и что она отступает ненадолго.

– Ты назвал практически всё, что демоны знают о Тьме, – усмехнулся Ху Цзин. – Подумать только, лисьи знахари потратили тысячи лет, чтобы это выяснить, а этот лисий… Хм.

– Тьма ненадолго отступает, это верно, – кивнула Ху Сюань, – но всегда возвращается. Это видно по глазам. А-Фэй, ты ведь заметил…

– Разломы в радужке, – кивнул Ху Фэйцинь. – Но теперь это всего лишь зрачки…

– Ци заражена Тьмой, она, как яд, распространяется по духовным каналам и пронизывает внутренние органы и астральное тело, – подумав, сказала Ху Сюань. – Когда она проникает глубоко в сердце, демон теряет чувства и восприятие. Когда она проникает в мозг – наступает безумие. Когда она пожирает Лисье пламя, приходит смерть. Пилюли и эликсиры способны её сдерживать поначалу, но… постепенно их эффективность ослабевает: чем дольше Тьма пребывает в теле демона, тем сильнее она становится за счёт высасываемых ею сил. Пожалуй, это всё, что мы знаем о Тьме.

– Распространяется как яд… – повторил Ху Фэйцинь. – Если так, то… почему бы не попытаться её вывести?

– Невозможно, – однозначно сказал Ху Цзин, – она всего лишь перейдёт в другое тело. Демонам никогда не справиться с Тьмой.

– А если не демонам? – спросил Ху Фэйцинь, расправляя плечи.

– Ты ведь не собираешься… – начал Ху Цзин и осёкся. Собирался. Лао Ху это совершенно точно понял по его взгляду – спокойному, но исполненному решимости.

– А-Фэй, это безрассудно, – сказала Ху Сюань взволнованно. – А если небожители тоже подвержены Тьме?

– Вероятно, нет, – медленно сказал Ху Фэйцинь.

– А-Фэй, ты думаешь, А-Вэй на это согласился бы? – серьёзно спросила Ху Сюань.

– Его согласия никто не спрашивал, – отрезал Ху Фэйцинь. – Он никогда не считается с моим мнением, так почему я должен считаться с его?