– Я встретила Расмуса и убила его. Так что у нас одной проблемой меньше.

– Ты… Расмус жив?

– Уже нет.

– Но как так вообще вышло?

– Слушай, я сегодня уже пережила одну исповедь о Расмусе, на вторую меня не хватит.

Сван замер, глядя на меня с недоверием.

– Ты рассказала кому-то о Расмусе?

Я пожала плечами.

– Хоук спросил о нём, что мне оставалось делать?

– Например, то же, что делала, когда о нём спрашивал я. – Сван мгновенно скис, в голосе его звучала обида.

Я устало вздохнула.

– Сван, я не понимаю…

– Разумеется, ты не понимаешь, – фыркнул он, сжимая корзину с цветами. – Ты два года ничего мне не рассказывала ни о себе, ни о Гильдии, но рассказала ему! Может, ты ещё и про Дуг…

– Тише ты! – Я бросилась на него, прижала к двери конюшни и зажала ему рот ладонью. Сван выронил корзину, и розы рассыпались по земле. – С ума сошёл?

Сван завертел головой, освобождаясь от моей ладони, его щёки пылали от румянца.

– Я ревную, – сказал он и опустил взгляд. – Я два года был с тобой днём и ночью, но так и не смог приблизиться, но почему он заполучил тебя?

– Он ничего не заполучил. – Я не понимала обиды Свана. – Я не вещь и не трофей, чтобы меня можно было заполучить. Я не принадлежу ни ему, ни тебе.

Свана ничего не ответил, продолжая смотреть на меня своими синими, печальными глазами.

– Думаешь, я не знаю, почему ты приходишь ко мне в спальню? – наконец сказал он тихо, нахмурился и покраснел ещё сильнее. – Думаешь, не вижу твой отсутствующий взгляд? Не знаю, где на самом деле витают твои мысли?