Вечер выдался неспокойным. Веся часто вздрагивала, река пугала её чёрной глубиной вод и тем, что в них таилось.

– Духи нас не тронут, не бойся, – с улыбкой сказала Дара, но её глаза остались тёмными, и спокойнее Весе не стало.

Ежи старался не смотреть на ведьму и не думать о духах, что обитали в воде. Он с рывком потянул на себя вёсла. Руки у него дрожали от напряжения.

– Давай я, – предложил Милош.

Они уже поменялись меньше лучины назад. Ежи знал, что друг ослаб за последние месяцы и не мог грести с ним наравне. Он и сам давно выбился из сил, чего уж ждать от Милоша?

– Не надо, я в порядке, – прохрипел Ежи.

Он был не так уж против тяжёлой работы. Пока Ежи грёб, то мог не думать о Весе и о том, как она отвергла его чувства. Пока мышцы сводило от боли, муки душевные терзали чуть меньше.

– Хватит, Ежи. Уже ночь, – устало произнёс Милош. – Нам нужно пристать к берегу и отдохнуть.

Никто не сказал ни слова. Все знали, что Милош прав, но не решались оказаться на твёрдой земле, где их могли поджидать Охотники. Что, если их всех убьют во сне? Краем глаза Ежи увидел, как сбоку от правого борта в воде сверкнуло нечто белое.

Дара вытянула шею, приглядываясь.

– Можно оставаться в лодке, – предложила она. – Вода сама донесёт нас до Совина.

– Замёрзнем, – возразил Милош.

– Всё равно нельзя разжечь костёр, – пожала плечами ведьма.

– Смотрите, храм, – Веся показала в сторону ратиславского берега, и все вскинули головы.

Чуть дальше в полутьме угадывались очертания небольшого здания с покосившейся колокольней.

Продрогшие, уставшие, они решили, что там можно было найти покой и защиту. Ежи направил лодку к берегу, чувствуя, что выбился из сил. Живот сводило от голода. От усталости хотелось плакать.

Дышать ему стало тяжело, и он только теперь вспомнил со страхом и отчаянием, что лекарство Стжежимира забыл в доме Воронов, и, значит, ему стоило спешить обратно в Совин, пока не стало слишком поздно. Сколько дней осталось у него в запасе? Ежи попытался посчитать, но не смог даже вспомнить, когда принимал лекарство в последний раз.

Выбравшись на берег, они медленно, с опаской начали подниматься к храму. Нигде не было видно тропинки. Они шли по неглубокому снегу, и чем ближе становилась колокольня, тем сильнее мрачнели их лица: вокруг не горело ни огонька. Да и кроме храма на берегу не наблюдалось ни единого строения. Даже деревья там не росли, вокруг храма было совсем пусто.

– Это лысая гора, – обнимая себя руками, прошептала Веся. – Смотрите, как далеко стоит лес, окружает со всех сторон, а тут ни кустика.