– Я выиграл спор. Брат ставил на то, что ты придешь после наступления зимы. Я – что до. Теперь он мне кое-что должен, так что можешь задать свой вопрос. Но только один.
Я глянула в окно. Темнота стремительно наваливалась на верхушки деревьев, хотя на часах еще не было и четырех. Про зиму я все равно вот-вот узнаю.
– Тёму можно было спасти? – спросила я чуть охрипшим голосом.
Лоб мне прожег внимательный взгляд – если можно назвать взглядом то, что полыхает туманом. Я сцепила руки перед собой.
– Я имею в виду… в нем же все время был тот, кого я придумала. Эдгар. Ты, наверное, не знаешь…
– Знаю. Я все знаю.
– Получается, если бы не Эдгар, то есть… если бы не я, – я сжала одной рукой другую, боясь, что она задрожит, – он бы не натворил всего этого. Верно?
Смотрящий глядел на меня так долго и пристально, словно я была картиной да Винчи и он вознамерился запомнить каждую деталь.
– Разве ты не хотела, чтобы он унес с собой твою силу? – Лицо и глаза его были серьезны, но в уголке рта по-прежнему таилась усмешка. – Все твои силы?
В горле стало очень сухо. Не в состоянии ответить, я кивнула.
Смотрящий наконец отвел от меня свои странные глаза. Неслышно развернувшись на пятках, снова куда-то ушел, но почти сразу вернулся. Под мышкой у него торчала черная папка – в похожей я хранила старые варианты ЕГЭ. Он молча протянул мне ее. Поверх черного картона красовался белый прямоугольник с надписью «Артём Грачёв».
– Что это?
– То, что ты просила. – Смотрящий улыбнулся снова, и на этот раз в его улыбке скользнуло что-то вроде уважения. – Здесь все, что тебе понадобится.
Я погладила картон кончиками пальцев.
– Понадобится для чего?
– Чтобы найти ответ.
Не сказав больше ни слова, он удалился.
А я поспешила домой. И только прислонившись спиной к двери своей комнаты, решилась открыть папку. Бесконечно долгое мгновение я пялилась в черное пространство перед собой.
Папка с надписью «Артём Грачёв» была пуста.