Мраком и мощью веяло от темного Саади, огненные блики запутались в складках тяжелого плаща Повелителя Подземного Пламени Мира. И звезды отражались в мудрых глазах спустившегося с Ним Черного Дракона. Гордый боевой клич Тьмы раздался над рядами строящихся к атаке веллиаров.
Мраком и мощью веяло от темного Саади, огненные блики запутались в складках тяжелого плаща Повелителя Подземного Пламени Мира. И звезды отражались в мудрых глазах спустившегося с Ним Черного Дракона. Гордый боевой клич Тьмы раздался над рядами строящихся к атаке веллиаров.
А последним спустился невысокий Рыцарь в неброских серых доспехах — Итани, Создатель Туманов, Идущий Между. И ветер свистел в гриве серебристого Крылатого Коня Равновесия. Но за Его спиной встали твердые, как основание земли, гномы. Без песен и боевых кличей, молча повел их в бой Итани и первым ударил по войскам Врага.
А последним спустился невысокий Рыцарь в неброских серых доспехах — Итани, Создатель Туманов, Идущий Между. И ветер свистел в гриве серебристого Крылатого Коня Равновесия. Но за Его спиной встали твердые, как основание земли, гномы. Без песен и боевых кличей, молча повел их в бой Итани и первым ударил по войскам Врага.
Так впервые увидели Люди Союз Трех Сил, призванный изгнать Пустоту за Пределы Мира Хейвьяра. Но сами они не приняли участия в битве. И мало человеческих легенд рассказывает о безумии и подвигах тех дней.
Так впервые увидели Люди Союз Трех Сил, призванный изгнать Пустоту за Пределы Мира Хейвьяра. Но сами они не приняли участия в битве. И мало человеческих легенд рассказывает о безумии и подвигах тех дней.
Союзники били Пустые Войска и на суше, и на море, платя за победы дорогую цену собственных жизней. И вот подступили они к Башне Ронимо, над которой извивался гигантский смерч, извергающий Предвестницу Небытия, и окружили Ее.
Союзники били Пустые Войска и на суше, и на море, платя за победы дорогую цену собственных жизней. И вот подступили они к Башне Ронимо, над которой извивался гигантский смерч, извергающий Предвестницу Небытия, и окружили Ее.
Но жрец и чародей Ронимо бдительно охранял открытый им Проход. Его войска потерпели поражение, но покуда был жив сам Чародей, Пустота неумолимо прорывалась в гибнущий Мир. Постоянно меняя обличья, плетя паутину заклинаний, он бился до последнего.
Но жрец и чародей Ронимо бдительно охранял открытый им Проход. Его войска потерпели поражение, но покуда был жив сам Чародей, Пустота неумолимо прорывалась в гибнущий Мир. Постоянно меняя обличья, плетя паутину заклинаний, он бился до последнего.