— Но вы знали его историю, — тихо сказала я, — почему молчали?

— Пойми, Ария, мы не видели смысла говорить о былом, поскольку намерения Никаэласа были и без этого предельно ясны, — осторожно ответил Марон. — Однако, он не теряет времени даром.

— То есть, я правильно понимаю, что мы имели дело с одним безумцем, а теперь их двое? — я не смогла усидеть на месте.

Мои друзья переглянулись, но каждый подумал о чем-то своем, как мне показалось. В голове не укладывалось. Я растерла руками виски, голова начинала болеть. Будет хоть один день без новых напастей? Наступит ли время покоя и безмятежности?

— У нас еще есть немного времени, — неуверенно сказала Камилла. — Бром слишком долго проспал, он не сразу восстановится.

— А что будет, когда он наберется сил? — прижимая руки к сердцу, Майя озвучила вопрос, который волновал каждого, кто слышал рассказ.

— Он поработит все наши земли, — несмотря на то, что говорил Марон очень тихо, его зловещие слова расслышали все.

— Сколько у нас времени? — Арас нахмурился, желая услышать что-то более конкретное. А вот я бы предпочла оставаться в неведении, но эту слабость мне никто не позволит.

— Не очень много, может неделя, может две. Но не больше.

Действительно немного. Что можно сделать за столь короткий срок? Практически ничего.

Что бы ни случалось, что бы ни происходило с нами все это время, мне еще не приходилось видеть Марона и Камиллу настолько отчаявшимися.

— Так, хватит, — вспылила я, заглушая собственный страх, — мы через многое уже прошли. Вспомните! Мы встречались со жнецом! Я побывала в Картуше! Я уже молчу о том, что мы столько лет скрывались и довольно успешно. Мы столкнулись с новой для нас неизвестностью, — последние слова я сказала лишь для моих магических друзей, от остальных — то приходилось таиться, — и тоже решили проблему. Неужели мы не справимся и на этот раз? Я не готова сдаваться, не сейчас!

Я заглянула в лица каждого из присутствующих, пытаясь отыскать на них хоть тень надежды, но безуспешно.

— Марон, Камилла, мы будем следовать плану! Сделаем все как собирались. Просто нам придется немного ускориться, вот и все. Это не слишком затруднит нашу задачу! — как же мне убедить их? — Ну же, не будем опускать руки! Только после того, как исчерпаем абсолютно все варианты, я сдамся, но не сейчас!

— Девочка права, — заметил Марон, хоть и заметного энтузиазма у него не прибавилось. — Будем следовать плану.

— И каков он? — поинтересовался Арас.

Я подошла к нему поближе и позволила себе взять его руки в свои. Заглянула в глаза и неуверенно улыбнулась. Предстояло самое сложное, убедить его бездействовать.

— Первостепенно, мы должны вызволить твоего отца и его величество, — осторожно сказала ему.

Лицо мужчины вмиг преобразилось, он буквально на глазах воспрял духом. Заерзал, словно уже был готов отправиться в путь. Мне придется потушить этот огонь.

— Но ты с нами не пойдешь, — вот и сказала, будь, что будет.

— То есть как, не пойду? — не понял он.

— Мы отправимся втроем, тихо, незаметно, используя колдовство… Тебя могут почувствовать, прочесть…

— Не понял, а вашу магию не почувствуют? — проблема была в том, что Араса провести не так-то просто.

— Арас, — вздохнула я, — так надо, понимаешь? Это решение принято не без причины.

— Но…

— Прошу, не задавай вопросов, просто доверься, можешь? — сердце замерло, пока он долго буравил меня глазами. Он сомневался во мне? Не доверял? Или наоборот?

— Хорошо, — негромко сказал Макгигон, — если так действительно нужно.

Вот никак я не ожидала, что он так быстро сдастся, что так легко смирится. Этот мужчина умеет удивлять. Я даже отстранилась чуть-чуть, чтобы еще раз хорошенько взглянуть в его лицо и убедиться, что мне его ответ не почудился. Знаете, как бывает, человек иногда слышит то, что хочет услышать. Но нет, это не тот случай.

— Что нам делать здесь, пока вас не будет? — сменил тему Клинт.

— Помогите магам и людям обжиться, — предложила Камилла, — нелегко и тем и тем. Им необходимо привыкнуть друг к другу и принять наше решение объединить их. Открыто. Ты Арас, теперь наш новый правитель.

— Что за вздор? Я не правлю вами…

— Возможно, ты этого и не хотел, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. Мы доверились тебе, тебе и вести нас.

— Очень смешно, учитывая то, что в свой план вы меня не посвящаете, — Макгигон сложил руки на груди и усмехнулся.

Я попыталась вновь объяснить, но он жестом остановил меня, давая понять, что и без этого принимает наше решение. Как новы для меня эти перемены в нем. Той же ночью мы переместились во дворец.

* * *

— Сколько уже прошло? — спросил Клинт уже в который раз, на что Арас раздраженно отмахнулся.

Арас уже битых два часа бродил от дома к дому, проверял людей, магов и дремавших горожан. Чтобы отвлечься он решил убедиться, что у всех скитальцев есть все необходимое, а горожане не испытывают дискомфорта, даже если спят. Он не мог винить друга за беспокойство, но Клинт задавал этот вопрос чуть ли не каждые полчаса с тех пор, как Ария покинула Ностоф.

Еще пару недель назад Арас рвал бы и метал от того, что она не взяла его с собой, что не позволила помочь спасти отца и его величество. Однако сейчас он как никто другой понимал, что в вопросах магии он бессилен. Все это время он спрашивал себя, как давно начал так безоговорочно доверять ей? Как давно он стал прежним? Смерть Милены уничтожила его, эта девочка была доверена ему. Чёрт, да дело даже не в этом. Он видел, как она росла, как становилась прекрасной девушкой, а потом и очень красивой молодой женщиной. Не было в этом мире ничего, чтобы он скрыл от своей жены. Милена принимала его таким, каков он есть, понимала, во всем поддерживала. Она любила его, как положено любить старшего брата или доброго друга. И он любил ее. Арас усмехнулся собственным воспоминаниям. Милена мечтала увидеть девушку, которая заставит его подчиняться. Перед глазами вспыхнули молнии и разгневанное лицо Арии, когда она запустила в него стулом. В тот день они поссорились из-за Бести. Где опять носит эту девочку?

Арас не мог понять, почему каждый раз, когда думал о ней, его разум будто затуманивался, он плохо соображал. Это не нравилось ему, но объяснить природу этого он не мог, а когда пытался заговорить с кем-нибудь из магов о Бести, получалось лишь беспричинно сердиться. Странно, но сейчас это едва ли самая главная проблема.

Обойдя всех и убедившись, что никто не нуждается в помощи, Арас вернулся в дом Арии, где Майя уже накрывала на стол. Пахло очень вкусно, но аппетита не было. Он все же сел за стол и даже несколько раз отправил ложку в рот, чтобы не обидеть девушку, которая так старалась. Они с Клинтом о чем-то тихо разговаривали, а Арас пытался подавить нарастающую тревогу. А если что-то пошло не так? Он никак не мог взять в толк, каким именно образом Ария и ее друзья собирались попасть во дворец незамеченными. Никаэлас при всем желании не сможет пропустить трех могущественных магов, проникающих на прием. Именно этот вечер выбрала Ария, надеясь, что большое количество гостей немного отвлечет ее мужа. Каждый раз, произнося это слово, даже мысленно, Арас злился, но исправить ничего уже не мог. Он напоминал себе, что кроме ее блеска в глазах, когда Ария смотрит на него, ничего не имеет значения. Воспоминаниями о единственном поцелуе глушил гнев от того, через что ей пришлось пройти, в надежде, что в нем она находит утешение.

— Она справится, — отвлек его голосок Майи. Девушка ласково улыбнулась ему, и Арас кивнул в ответ. — Знаете, мы ведь через многое прошли вместе, но и по отдельности тоже. Я нашла ее у самой границы с Листроком, полуголодную, исхудавшую, очень одинокую. Там нас здорово потрепали раконы, после чего мы долго приходили в себя и восстанавливались. Я разделила с ней свою еду, она со мной свою силу. С тех пор мы путешествовали только вместе.

Майя отложила ложку, отодвинула тарелку, вздохнула, словно решаясь на что-то, а потом, преисполненная достоинством, подняла глаза и продолжила:

— Ария научила меня не принижать себя, глядя в прошлое. Не опускать головы, вспоминая, кто я и откуда, — Клинт сжал пальцы девушки, придавая ей сил, она снова сделала глубокий вдох, а потом посмотрела Арасу в глаза. — Я из Силиса.

Макгигон непроизвольно вздрогнул. Силисом называли исправительный дом для женщин, который располагался на юге Мираноса, а точнее на юге самой маленькой и самой жаркой его провинции Аламии. Этот дом основали монахи братства, как и многие тюрьмы страны, они же им управляли. Наместники пытались закрыть Силис, но его величество потакал брату Окулу и его методам перевоспитания. Как слышал Арас, женщины много и тяжело работали, плохо питались и подвергались телесным наказаниям. Ходили слухи, что многих из них отдавали в утеху мужчинам, но спрашивать об этом он не стал. Сейчас глядя в ласковые глаза этой бесконечно доброй девочки, он и представить себе не мог, что там могла делать Майя.

— Я там родилась, — словно отвечая на его вопрос, сказала она, — моя мать была приговорена к пожизненному заключению, когда до моего появления оставалось меньше месяца. Она умерла спустя три года, а меня оставили в той же камере, на той же кровати, поскольку отродью убийцы не место среди порядочных людей. Дети редко выживают там. Мне удалось продержаться до четырнадцати лет.