– Я хочу поговорить с Зедрой. Как она могла быть такой тупой? Как могла попасться на удочку этого чудовища?

– Обманутые или нет, вы все еще на разных сторонах, и она скорее убьет тебя. В любом случае, ничейная земля – не место для обдумывания произошедшего. Давай попробуем добраться до моего дома.

Эше обнажил кинжал и показал мне:

– Тебе нужна моя кровь?

– Может, придется заморозить пару гулямов ради нашей безопасности.

Я вздохнула, протянула ему палец и закрыла глаза. Уколов меня острием, Эше поймал капли крови плоской стороной кинжала и начертил на нем руну, что-то пробормотал, и она засветилась.

– Интересно, что ты говоришь каждый раз, когда пишешь руны?

– Это заклинание Утренней звезды.

– То есть… это вроде молитвы?

Он покачал головой:

– Вовсе нет. Это заклинание. Молиться звезде, даже могущественной, это хуже ереси. Ашери молилась чему-то другому вместо Лат.

Если бы он только знал, кому молилась я.

– Пойдем.

Я взяла его за руку.

Мы крались по улице к разноцветным аркам, украшавшим вход в Стеклянный квартал.

Спрятавшись в близлежащем переулке, мы наблюдали: арку охраняла колонна гулямов, они перегородили ее мешками с песком. На улице лежали изрешеченные пулями йотриды и лошади, ветерок доносил до нас тошнотворный запах смерти.

Очевидно, гулямы устояли. Если йотриды не смогли занять Стеклянный квартал даже с помощью пушек, как мы могли надеяться захватить Песчаный дворец?

– Нам не пройти даже с моими рунами, – сказал Эше. – Однако есть другой вход.

– Разве он не будет тоже под охраной?

– Возможно. Если Кярс держит здесь гарем и наследника, то превратил это место в настоящую крепость. – Эше погладил бороду. – Йотридам, должно быть, тяжело пришлось на этом холме. Это глупо. Мы должны вернуться в лагерь.