Впрочем, как скоро выяснилось, драконов тоже. В основном потому что власть в стране именно им принадлежала.

— Теперь точно всё здесь к рукам приберёт, — сказала свекровь. — После смерти Франциска он первый в списке на титул из клана. Кстати, говорят, он молод и хорош собой. Эх, будь у меня дочь, она бы могла составить ему блестящую партию.

— Вы всегда можете попытаться подложить под графа своего сыночку, — сказала я елейным голосом. — Вдруг там вкусы специфические. Зато какая выгода будет!

После этого замечания меня заперли в комнате на два дня. Без еды. Снова! Но я всё равно считала, что оно того стоило.

Сдерживаться действительно не получалось. И чем чаще я показывала характер, тем призрачнее становились мирный уход из этой семьи. Но помог случай.

Моя ненаглядная свекровь собралась навестить свою подругу в столице. У той как раз супруг в лучший мир отправился, и она собиралась «поддержать бедняжку».

Если у подруги такой же характер, как у Ирмы, то мне было искренне жаль почившего супруга. Хотя… Тут с какой стороны посмотреть. Зато отмучился.

В общем, свекровь была слишком занята сборами и многое упустила из своих загребущих лапок, в том числе и почту.

Чужие письма читать нельзя? Скажите это кому-нибудь другому! Я же отчаянно искала компромат.

Пообщавшись с нашим главбухом Еленой Ивановной, я доподлинно знала, что если кажется, что с человека нельзя стрясти деньги, то нужно присмотреться получше. И перекреститься заодно. Ибо «когда кажется — креститься надо!».

Моя тактика окупилась почти сразу. Я наткнулась на письмо некого мистера Годфри Финча. И оно было очень интересным.

«Ваша Милость, леди Кальдер, довожу до вашего сведения, что ежемесячная выплата на содержание госпожи Вивьен Кальдер (в девичестве Гринвальд) может быть отправлена в другой регион только по её запросу с личной подписью.

С уважением и глубоким почтением, мистер Финч, поверенный семьи Гринвальд».

Прочитав эту записку, я едва удержалась от того, чтобы разорвать бумагу на клочки… а потом разорвать на такие же клочки свекровище.

Нет, ну вы посмотрите! Они ещё и выплаты регулярные получают! Хорошо устроились, нечего сказать. И деньги регулярные, и прислуга бесплатная в моём лице. Ещё и девочка для битья, на которую можно весь накопившийся негатив сливать.

В общем, я взбесилась и уже хотела идти выяснять отношения, но вспомнив про вынужденные голодовки, сдержалась. И затаилась.

Лучше дождаться, когда свекровь благополучно отбудет к подруге. А за это время подготовиться к скандалу с битьём посуды…

***

Утро первого дня без свекровища началось весело и с огоньком.

Проснулась я рано, как и было заведено в этом доме для такой «прислуги» как я. Вот только отправилась не на кухню, а прямиком в хозяйскую спальню. Благо остановить меня было некому. Не королевский дворец, чтобы здесь на входе в покои охрана была выставлена.

Или свекровь решила и обязанности стражи на меня взвалить? Интересно было бы на это посмотреть. Но что-то мне подсказывало, что свекровь понимает: давать мне в руки оружие небезопасно. В первую очередь для неё.

— Ну что, Анастасия Эдуардовна, пора идти устраивать скандал, — с предвкушением улыбнулась я

Хотя стоило бы привыкать к новому имени. Я здесь, похоже, надолго.

Улыбка превратилась в оскал и поняла, что пора.

— Нет, ну вы посмотрите, что творится, люди добрые!!!

Я орала во всю мощь слабых лёгких Вивьен. Сразу голосить начала, как только дверь открыла. И нужно признать, верную тактику выбрала.

Супруг с Миланой подскочили, начав глупо озираться по сторонам. Оно и понятно, когда тебя будит полоумная барышня такими криками, это неприятно. Удовольствие ниже среднего я бы сказала.

— При живой жене изменять с какой-то девкой! Где ваша совесть, господа? Где уважение к институту брака? Где богобоязненность? Создатель завещал нам беречь целомудрие и не смотреть на жену ближнего своего! На мужа, кстати, тоже.

Вообще, я понятия не имела, что именно завещал местный создатель. Но орала от души.

— Что происходит? — Спросила Милана сонным, но уже очень испуганным голосом.

Правильно! Бойся. Я тебя так доведу, будешь оглядываться и мелко креститься от каждого шороха.

— Происходит блуд и мракобесие! — заявила я, а потом встала в позу с того самого советского плаката и обратилась к любовнице супруга. — А ты не боишься кары божьей? Уверуйте, несчастные, спаситель придёт и низвергнет на ваши головы десять казней египетских.

Ой, кажется, это из другой религии. Или нет… Я в этом совершенно не разбиралась.

Но распалялась всё сильнее, начав думать о том, что неплохо было бы ещё и от кришнаитов что-то перенять. Эх, бубна нет! Танцевать начать, что ли?

Пока я пребывала в образе, «корзиночка» поднялся. Я запнулась на секунду, поскольку спал он в чём маменька родила. Вот бы она обрадовалась, что сыночка помнит и чтит эту связь.

А хорошо сложен, зараза! Вообще парень вполне красивый. Есть во что влюбиться. Высокий, статный, черты лица приятные. Если бы не мерзкий характер, миллион любовниц и маман в комплекте, было бы даже неплохо.

Но надолго меня обнажённым мужчиной было не заткнуть. Чего я там не видела?

Через секунду я продолжила:

— Узрите, несчастные. Только покаяние избавит вас от кары! Внемлите мне и падите ниц!

Ну всё, сейчас как заделаюсь местным пророком… Ох, сожгут ведь!

— Ты что здесь устроила?

Сирил быстро натянул штаны, а потом выволок меня из спальни, чтобы Милане настроение не портила.

— Пытаюсь уличить тебя в супружеской неверности, — ответила я с улыбкой.

«Корзиночка» опешил.

— С ума сошла?

— Вроде того. Но не переживай, я не заставлю тебя мучиться с безумной женой. Давай по-тихому разведёмся, и ты будешь свободен, как ветер.

«Корзиночка» смерил меня недоверчивым взглядом.

— С каких пор ты такой стала? Неужели решила перестать за мной бегать?

— Угу. Когда постоянно бьёшься головой о стену, рано или поздно доходит, что это контрпродуктивно. И больно.

— А как же «Сирил, я не смогу без тебя жить»?

— Я тут прикинула… Смогу.

— Одна? Без денег, без связей, без титула? Ты ведь понимаешь, что после развода снова станешь купчихой?

— А сейчас я кем являюсь? — Спросила я, приподняв бровь.

— Плевать. Куда пойдёшь, подумала? Тебя разве что в борделе примут, — сказал он, а потом оглядел с ног до головы и, приподняв бровь, добавил. — И то, весьма специфическом.

— А минусы будут? — Уточнила я. — Может быть, «госпожа» — моё призвание. Об этом не подумал? Что ты за муж такой? За годы брака не подарил ни стек, ни хлыст, ни наручники. Мне как тебя воспитывать?

«Корзиночка» раздумывал. Кажется, всерьёз решил, что у меня крыша уехала далеко и надолго.

— Знаю, тебя заставили жениться на мне родители, — сказала я, решив пожалеть ментальное здоровье несчастного. — Так почему бы не избавиться от навязанной женщины? Такая возможность может потом и не выпасть.

— То есть сначала преследовала меня, доставала при любом удобном случае, мешала мне жить, а теперь хочешь уйти?

— Хочу. Есть возражения?

— Ты всё же повредилась рассудком, — решил он. — Сначала придумай, куда идти собираешься.

— Может тебе ещё бизнес-план составить? — Возмутилась я. — Какая тебе разница, куда я пойду?

— Я всё сказал, — отрезал Сирил. — И не попадайся мне на глаза.

После этих слов он быстро зашёл в спальню и захлопнул дверь перед моим носом.

Не на ту напал! Я развод получу, даже если придётся «корзиночку» на составляющие разобрать.

Глава 5

Глава 5

Я прекрасно понимала, кто в этой семейке головной мозг, а кто спинной. Если и был у меня шанс развестись, то только пока свекровь в объезде. За это время нужно было довести «корзиночку» до такого состояния, чтобы я ему в ночных кошмарах сниться начала.

Забегая вперёд, могу сказать, что развод я получила. Хотя для этого пришлось не только несколько раз повторять представление под дверью супруга-изменника, но и привлечь на свою сторону любовницу мужа.

Когда я первый раз назвала её продажной девкой, «корзиночка» взбеленился.

— Что ты себе позволяешь?! — Прошипел благоверный.

— То есть тебе можно открыто мне изменять и ни во что не ставить, а мне даже огрызнуться нельзя?

— Именно. Стоило бы помнить своё место, раз уж выторговала этот брак. Теперь довольна? Получила желаемое? Так живи и радуйся.

— Что ж, свадьба была что надо, — кивнула я. — Теперь нужен развод.

Выглянув из-за плеча благоверного, я уставилась на его любовницу, которая глотала крокодиловы слёзы.

Актриса из неё замечательная. Так и не скажешь, что при каждом удобном случае гадости мне шепчет и пытается подгадить.

— Зато на своей девке сможешь жениться. Ты подумай, подумай. Предложение очень выгодное. Я бы сказала — только у нас и только сегодня.

Один раз «корзиночка» стерпел. Как и его ненаглядная. И второй раз. И даже третий. Но когда я начала ежедневно и многократно напоминать дамочке про её положение, атака пошла с двух сторон.

Хоть и понимала Милана, что на таких бесприданницах как она не женятся, а всё же хотелось быть хозяйкой. Это раньше, когда Вивьен смиренно молчала, ей тут хорошо было. Вольготно.

Сейчас куда как хуже стало.

Фантазия у меня была замечательная, совесть не мучила, поэтому издевалась я над благоверным и его любовницей в своё удовольствие. Так, что пришлось «корзиночке» приходящую прислугу нанимать. А что ещё делать?