– Куратор?

– Я рекомендую его, директоры, – сказала та женщина, стоявшая где-то позади Хелес.

– Входите.

Хелес потянули дальше в темноту, и, по ее предположениям, она остановилась в точке, вокруг которой располагались колонны.

– Говори, – прохрипел чей-то старый голос откуда-то сверху.

Прежде чем ответить, преследователь Джоби сделал глубокий вдох.

– Директоры, я представляю вам невероятную возможность – такую, какой у Консорциума не было уже очень давно.

– Какую же? – отозвался другой голос, молодой и звонкий.

– Поддержку монарха.

– Наш Консорциум выживал в течение многих веков, прекрасно обходясь без подобной роскоши. Зачем она нам сейчас? Мы не нуждаемся в благосклонности императора, преследователь…

– Джоби, – ответил он, и Хелес услышала, что он сглотнул, словно в этот момент его торжества кто-то плюнул в него с высоты. – Но поверьте, директоры, я вижу, во что превращается этот город. Бунты на улицах и у колодцев Никса. В центре царит хаос. На каждом перекрестке стоят проповедники Культа Сеша. Вы, несомненно, слышали, что из Небесной Иглы валил дым? Да? Город становится диким, непредсказуемым, и это не предвещает нашим доходам ничего хорошего. В это смутное время нам нужны гарантии, нам нужны союзники.

Молчание было совсем не осуждающим, а задумчивым. Хотя Хелес и ненавидела Джоби, его речь почти восхитила ее.

– Кого ты привел нам, преследователь Джоби? – спросил женский голос.

– Действительно, кого?!

Хелес услышала, как задрожал голос Джоби. Преследователь сделал глубокий вдох. Она была готова биться об заклад, что он уже давно ждал этой минуты.

– Директоры, я представляю вам императрицу Нилит Реналу. Тело, которое она тащила за собой, – это не кто иной, как император. Она собиралась завладеть престолом, а теперь она – наша должница!

Джоби стащил с головы Хелес мешок; в полумраке стали видны ее черные волосы и завитки татуировок на шее, подбородке и на покрытых синяками щеках. Хотя она была покрыта грязью и одета в тряпье, ее татуировки говорили о многом.

Когда глаза Хелес привыкли к темноте, она разглядела десять фигур, а может, и больше, одетые в шелка и дорогой хлопок. Они, словно вороны на жердочках, сидели на тронах, которые стояли на высоких колоннах. Хелес вспомнила, что ей нужно и дальше играть свою роль, и улыбнулась, думая о том, как им вообще удается слезать со своих мест.

Комната была голой и поражала лишь размерами колонн и сводчатого потолка. Одинокий, но широкий столб солнечного света едва пробивался через стеклянную крышу, находившуюся где-то высоко вдали. Хелес повернула лицо к солнечным лучам, ловя крупицы тепла.