– Ты спас нас, – прошипела она.

– Не забывайте об этом, – шепнул я в ответ.

Сколько у них еще кукол, за ниточки которых они дергали? Какие действия они предпринимали за кулисами этой жуткой пьесы?

Я побежал быстрее. Мне хотелось, чтобы этот город, его боги и его трупы остались позади. Хотя я и умер, но все-таки оставался крассом, и мое место было именно в Крассе – в стране, которую я знал, которой я доверял. Я дал мертвым богам то, что им нужно, а они пусть обеспечат мне тишину и покой.

Однако чьи-то глаза по-прежнему наблюдали за мной. Вслед мне по-прежнему летели поздравления. Когда я проходил мимо гор трупов, мертвецы хором хрипели мое имя. Это было невыносимо. Наконец я выбрался на набережную, и тогда трупы исчезли, а голоса затихли.

Три причала отделяли меня от трехмачтового корабля с прямоугольными парусами. Из его иллюминаторов тек оранжевый свет ламп, в которых горел китовый жир. Вокруг швартовых тумб вилась небольшая очередь из моряков и пассажиров; все они мечтали поскорее покинуть город. Я подошел к ее хвосту и увидел настороженные взгляды живых. Среди них был только один призрак.

– Эй, – окликнул я человека, который стоял передо мной – коренастого мужчину, который уже успел лишиться части зубов и волос. Жизнь на корабле, похоже, потрепала его вдвое сильнее, чем обычных моряков.

– В чем дело? – гнусаво отозвался он, вытирая грязный нос. Увидев фантома, он остолбенел.

– Куда идет этот корабль?

– В Харрас, что на Разбросанных островах.

Я тепло улыбнулся ему – ну то есть настолько, насколько это вообще возможно для призрака.

– За углом, в экипаже, лежат мои мешки. Помоги мне перенести их на борт, и я дам тебе серебряную монету.

– Четыре монеты, – ответил моряк, немного подумав.

– Две. – Я протянул руку, но он презрительно оскалился.

– Ну тогда веди, – сказал он и сплюнул в канаву. – Но только чтобы я не потерял место в очереди.

– Мы быстро.

Я привел его на пустую улицу – туда, где в окне одного из домов горел одинокий фонарь. Моряк ворчал всю дорогу, пока мы не повернули за угол, а там я схватил его за горло. Это был риск: теперь, когда кодекс и догматы были нарушены, моя возможность вселяться в других оказалась под вопросом.

Однако его плоть расступилась передо мной с такой легкостью, что я чуть не расхохотался.

Когда я снова встал в очередь, одолженное мной тело покрылось потом: мы с его владельцем вступили в поединок. Я улыбнулся стоявшему впереди меня человеку, поправил мешок на спине и похлопал фантома по холодной голове.

Очередь медленно двигалась вперед, и через полчаса я наконец подошел к трапу.