«Корчмарь» и «гости» покорно замерли, не издавая ни звука. Их лица и фигуры замерцали, начали подёргиваться рябью — а спустя несколько секунд, когда рябь исчезла, в корчме стояли уже не люди.

Высокие, худые и уродливые гуманоиды, с серой, болезненной кожей, клыкастыми пастями и четырёхпалыми лапами, на которых сверкали длинные тёмные когти. Монстры были похожи друг на друга если не как две капли воды, то близко к тому. Отличался лишь бывший «корчмарь» — выше и крупнее своих сородичей, в отличие от своих жёлтоглазых собратьев сверкал алыми буркалами.

— Выпрямись и смотри на меня! — властно велела Алёна.

Я послушно разогнулся и выпрямил спину, уставившись прямо на девушку.

— Крольчатина была не отравлена. Знаешь, Максим, это даже как-то неинтересно, — обратилась она ко мне с ноткой самодовольства. — Ладно эти два молодых лопуха, только вчера от мамкиной сиськи оторванные — они понятно, как умудрились попасться. Но вот ты мне сперва показался крепким орешком, я даже сомневалась, рисковать не рисковать? Всё боялась, что ты догадаешься — я ведь уже поняла, что ты Подмастерье, хотя ты и хорошо прячешь ауру. Против нас всех ты бы всё равно не выстоял, но без потерь бы не обошлось, а они мне сейчас ни к чему. Но то, как ты легко повелся на красивые глазки и намёк на сиськи… Впрочем, мне ли жаловаться? Два Новика с резервами Учеников, их сопровождающие и один Подмастерье — я сегодня серьёзно усилю и своих пёсиков, и себя. Пожалуй, вас мне и до Адепта дорасти хватит!

Девушка мечтательно прикрыла глаза и покачала головой. Но пару секунд спустя открыла их и со вздохом произнесла:

— Приятно иногда вот так выговориться перед другим человеком, особенно симпатичным мужчиной. Спасибо, что выслушал, а теперь пора бы, сам понимаешь, и делом заняться…

— О-один… в-вопрос…

— Ого, сопротивляешься? — удивилась Алёна. — Мало кто способен хоть даже одно слово произнести без позволения, в таком-то состоянии, а тут целых два! Хорошо, спрашивай, заслужил.

— Чем… ты… нас… опоила?

— И это всё, что тебе хочется узнать на пороге смерти? — удивлённо вскинула брови девушка. — Сопляков — отваром болотного пятилистника, на тебя же истратила…

— О, дальше можешь не продолжать, — перебил я Алёну. — Меня только первая половина ответа интересовала. Любите ж вы, женщины, болтать…

— Т-ты! — взвизгнула шокированная Алёна. — Как⁈

Следует отдать ей должное — тупила она всего одну секунду. А уже в следующую рванула назад, к своим слугам-упырям. Те же, в свою очередь, стремительно бросились вперёд, ко мне. Лишь троица наиболее крупных и их красноглазый вожак остались на месте, прикрывая ведьму.

Я не стал вставать. Я просто высвободил заранее сплетённое и ждавшее лишь активации заклинание. Вал Огня, четвёртый круг. Я сжал его в узкий, раскалённый до бела клин, который пронзил зал от стены до стены, ровно посередине. Семь упырей, попавших в этот коридор, успели лишь вскрикнуть, прежде чем превратились в чёрные, обугленные силуэты, которые затем рассыпались пеплом. Вместе с тем я метнул телекинезом висевший у меня на поясе кинжал, метя ей в сердце, но…

Восьмой, красноглазый вожак, оказавшийся за пределами клина, зарычал, но не бросился в атаку. Он схватил свою хозяйку и рванул к ближайшему окну. Брошенный мной кинжал, что должен был пробить сердце ведьмы, вонзился ей в ключицу — вожак упырей успел частично отдернуть её с пути моего оружия. Рана вышла непростой, но явно не смертельной. Алёна успела выкрикнуть какое-то проклятие и швырнуть в меня сгусток чёрной, липкой энергии.

Я принял его на Сегментный Щит. Удар был сильным, рука дрогнула, но щит выдержал без проблем. Разница между Адептом, которым я был на самом деле, и той, кто лишь надеялась им стать, была очевидна.

Вожак с ведьмой выбили раму и исчезли в ночи. Я сделал шаг к окну, но в этот момент услышал шорох позади. Оставшиеся в живых упыри бросились не ко мне, а к двум бесчувственным магам. Вожак этих тварей оказался умнее и опытнее своей хозяйки, правильно оценив обстановку — пробить мой Сегментный Щит тварям было не под силу, и я легко мог бы их проигнорировать и влепить в спину удирающим боевое заклятие. Так бы, по хорошему, и следовало поступить, но…

Я оказался перед выбором. Преследовать ведьму, которая уже скрылась в темноте, или спасать этих двух благородных идиотов. Я не был им чем-либо обязан, и прекрасно знал, что большинство на моём месте плюнуло бы на пару неудачников, но…

Я выдохнул, развернулся и ударил по упырям Цепной Молнией. Тройной разряд прошёл через них, заставив дёргаться в конвульсиях. Потом добил их точными, экономными Огненными Стрелами.

Тишина. Только потрескивание тлеющей одежды да тяжёлое дыхание. Я подошёл к юным магам. Они спали, похрапывая. Живые. Всё же во мне ещё слишком много от того, былого Макса — солдата, что отдал свою жизнь, защищая эту страну… И хоть моей Родины уже несколько веков, как не существовало, но от некоторых привычек сложно избавиться. Во мне всё ещё живо чувство долга каждого настоящего воина — я обязан защищать людей. Особенно с учётом того, что именно моё поколение в ответе за то, что наши потомки живут в этом мрачном магическом средневековье…

Ведьма ушла. О том, чтобы догнать её своим ходом, даже думать не стоило — кто знает, какие там меня могут ждать сюрпризы. Эта Алёна уже показала, что отнюдь не дура, значит, маршрут отступления у неё просто обязан быть продуман заранее. Да и «корчмарь», тот самый лидер упырей, был тварью явно очень непростой, на голову превосходящей рядовых мертвяков. Не догоню, во всяком случае накоротке, слишком быстро мчится явно не рядовая нежить… Интересно, сколько ещё жизней эта тварь отнимет, прежде чем я её таки настигну? Моралист хренов…

«Прекрасная работа, Макс, — сказал я сам себе. — Просто, б**ть, отличная».

Я сел на опрокинутый стул, достал потрёпанную серебряную фляжку, сделанную ещё в старом мире, и отхлебнул жгучего самогона. Предстояло много работы. Нужно было дотащить этих двух тюфяков до Терёхова, отчитаться перед Церковью, а потом решать, что делать дальше. Охота только начиналась. И становилась всё интереснее.

Глава 2

Глава 2

Все же у ведьмы была одна слабость. Типичная для женщины, особенно одинокой, молодой и считающей себя непонятым миром гением.

Взять хоть эту её засаду. Сама задумка неплохая — не сказать, что прям уникальная, но всё равно неплохая и с толком реализованная. Чувствовалось, что она не одну неделю готовила это место, укрепляя его чарами. Да, основным оружием тварей были обман и зелья, но даже без них — судя по тому удару, что я принял на защиту — такая атака могла бы пронять многих слабых Адептов, магов четвёртого ранга. Ей просто не повезло — я какой угодно, но только не обычный чародей, и дело не только в физических способностях… Я и как маг хоть куда, уж точно выше среднего по больнице. Здесь, в своих стенах и с верными упырями, она могла бы дать бой какому-нибудь другому Адепту, с неплохими шансами на успех. И явно не собиралась отступать — но, к её счастью, главный упырь оказался достаточно матёрой и опытной тварью, чтобы своим звериным, нутряным чутьём понять, чем дело пахнет, и спасти хозяйку.

И в этом и заключалась её проблема. Ведьма была, без сомнений, умна, талантлива, достаточно осторожна, чтобы не лезть на оживлённые тракты или обосновываться совсем уж близко к городу, но притом обладала долей здоровой дерзости, чтобы всё же рискнуть и организовать эту свою корчму. Единственной её проблемой была неопытность.

Ну вот откуда бы в этой дыре взяться вину, пусть и дрянному? Не говоря уж о ней самой. Нет, в целом, ход с тем, чтобы лично представать перед путниками, усыпляя их бдительность обликом молоденькой, симпатичной и податливой подавальщицы — риск вполне оправданный. Даже опытные чародеи частенько теряют бдительность, поддаваясь похоти… Вот только для такого, как я, было достаточно поглядеть на её внешность, чтобы насторожиться. Слишком гладкая кожа, слишком чистое платье, чересчур ухоженные волосы, чистое лицо без единой помарки… Не говоря уж о том, что нет на свете такой дуры, которая, будучи простой обслугой, рискнёт «тыкать» незнакомому сильному чародею. Но убедиться всё же стоило, и потому отравы её я глотнул.

Закончив с осмотром корчмы, я разжился тремя парами упыриных клыков и когтей. Не самые плохие реагенты для алхимии, из которых можно изготовить либо слабенькие амулеты для некромантии, либо не слишком сильный магический яд на основе силы смерти. К сожалению, от той семёрки, что попала под первый мой удар, не осталось ничего, кроме бесполезной золы — чары четвёртого ранга начисто выжгли всю магию и плоть тварей.

Плюс запас зелий её собственного изготовления, дневник, написанный какой-то тайнописью — жуткая книжка, обтянутая натуральной человеческой кожей. Видимо, результаты её исследований — на страницах частенько попадались непонятные мне схемы и рисунки. Ритуализм плюс тёмная алхимия… Любопытно.

Кроме того, мне достались ещё шесть золотых и семьдесят три серебряных монеты, плюс куча меди — почти все новомосковской чеканки. Неплохой улов — изначально за саму ведьму полагался лишь золотой. Впрочем, это одно из преимуществ охоты на опасную и умную нечисть — частенько добыча с неё оказывается куда больше даже официальной награды. Которая тоже, надо признать, всегда была хороша.