Дракон огляделся: из покосившихся труб поднимались тонкие струйки дыма. Значит, в доме был кто-то, ради кого в уцелевших комнатах растапливали камины. Возможно, ему повезло, и Сигурд ещё не успел покинуть город.

Поднявшись по поросшим травой каменным ступенькам, Ящер с силой толкнул дверь. Недовольно скрипнув, та поддалась, и он оказался в тёмном коридоре: несколько подсвечников вдоль стен тускло освещали ветхую обстановку.

Дракон толкнул ещё одну дверь — первую из вереницы по обеим сторонам коридора, и оказался в, пропахшей дымом и плесенью, комнате. Он вгляделся в зыбкий полумрак и заметил Сигурда: тот сидел в продавленном кресле у нещадно плевавшегося дымом камина.

Сварт молча смотрел на человека за пару месяцев поменявшего статус от его кровного врага до близкого друга и обратно и не знал, с чего начать разговор. Не придумав ничего другого, он громко спросил у, торчащего над креслом, затылка драконоборца:

— Отдыхаешь?

Сигурд вздрогнул. Возникший, как из ниоткуда, Дракон явно стал для него неожиданностью. Не оборачиваясь, он поднял над головой винную бутылку и произнёс:

— Присоединяйся! Что нам делить, в конце концов?

Несмотря на беззаботный тон бывшего товарища, Дракон почувствовал напряжение. Он обошёл кресло вокруг и встал напротив.

— Сегодня ночью ты думал иначе, когда заставил Ягу применить ко мне смертельную магию. Почему ты не поговорил с нами, не объяснил, как тебе дорога Брунгильда? Ведь мы же… были друзьями…

Сварт говорил медленно, старался глядеть собеседнику в глаза, но взгляд победителя Фафнира всё время ускользал, как солнечный зайчик.

— Я думал, что давно забыл Брунгильду, ведь стоит только щёлкнуть пальцами, как все молоденькие красавицы в этом городе будут моими. Но если бы всё было так просто! — проговорил Сигурд: его язык заплетался, а голова медленно покачивалась в такт словам.

По тому, как он глотает окончания, и жестикулирует можно было без труда понять: бутылка в его руках — далеко не первая за сегодня.

— Зачем ты заставил Ядвигу?…

Дракон не договорил, его прервал громкий смех драконоборца.

— Я никому её не отдам! Тем более тебе! Ты всё ещё думаешь, что был моим другом? Глупец! Ты просто диковинная зверушка для моей коллекции! И ничего больше!

На мгновение у Сварта потемнело в глазах: ярость огненной лавой клокотала внутри, грозясь выплеснуться наружу. Он глубоко вдохнул и сжал кулаки, снова вдавив ногти в побелевшие ладони. Злоба схлынула, и Ящер понял, что Сигурд — одинок и мертвецки пьян. Он не понимает доводы и человеческий язык. И никогда не захочет понять.