— Нет, Ариша! Не спи! — приговаривала она, помогая мне принять сидячее положение, — Давай, девочка моя, выпей вот это. Должно сразу полегчать.

Моих губ коснулась керамическая кружка с каким-то тёплым отваром, и в нос проник приятный ягодный запах. А женщина продолжала уговаривать меня сделать хотя бы несколько глотков. Глядя на то, с какой заботой и нежностью, она за мной ухаживала, у меня не возникло даже мысли о том, что она задумала что-то плохое. В глазах этой женщины плескалась искренняя забота, и мне не хотелось противиться ей. Ощущение спокойствия и умиротворения медленно, но настойчиво охватывало сознание, и я позволила ей помочь.

Медленно сделав один глоток, с удивлением поняла, что напиток довольно вкусный, а ещё он, прокатываясь по пищеводу, внизу, в желудке, разлился приятным внутренним теплом. Так же, как это делает крепкий алкоголь при употреблении вовнутрь, только без алкоголя. Ощущения понравились. Продолжая прислушиваться к своему телу, перевела изумлённый взгляд на женщину. Её глаза блестели от слёз радости, а на лице играла лёгкая улыбка.

— Ну вот и хорошо! Ну вот и умница. Давай, Ариша, выпей всё до конца. Сразу легче станет. — довольная моим сотрудничеством, произнесла она, и, поднеся ко мне кружку, продолжала: — Этот напиток поможет. Он согревает изнутри.

Сделав ещё несколько глотков вкусного, пахнущего травами напитка, с радостью начала замечать, что голова довольно быстро начала проясняться, озноб, который меня мучил, проходит, а мышечная боль потихоньку исчезает. Тепло, зарождающееся в желудке, расходилось по всему телу, и я почувствовала себя намного лучше. Даже мысли стали яснее, стройнее.

— Ну вот и славно! Ты посиди немного одна, я пойду принесу тебе бульон, — попросила моя спасительница, и, дождавшись моего кивка, легко вышла за дверь, и я осталась одна в большой, но не уютной комнате. Решила осмотреться, потому как стратегия «страуса» здесь будет неуместна. Нужно было разобраться в ситуации, в которую я попала.

То, что я уже не дома, стало понятно сразу же. Слишком уж реалистична была незнакомая обстановка. Никакой сон не мог быть настолько ярким и детализированным. И то, что я, так называемая попаданка, книги про которых запоями читала мама, моя голова восприняла на удивление легко. То ли так сработала пресловутая защита мозга или ещё почему-то, но факт остаётся фактом. Ну случилось и случилось. Надо только поскорее разобраться, что к чему.

Комната была большой и, судя по всему, раньше довольно богатой, но сейчас находилась в запустении. Ткань, которой были задекорированы стены, выцветшая, грязная и местами порванная. Похоже, её годами никто не менял. На стене, на которую я сейчас опиралась спиной, висел такой же ветхий и выцветший ковёр, который явно принесли из другого места, пытаясь хоть как-то прикрыть облупившуюся штукатурку. Кровать, в которой я сейчас находилась, была изготовлена из хорошего добротного дерева с резным ажурным изголовьем, но постельное бельё, подушки, одеяло выдавали, что их лучшие времена канули в Лету. Они были потёртыми, выстиранными и пропахли пылью и затхлостью. В комнате царила атмосфера заброшенности и упадка.

Перевела взгляд на пол и увидела, что прекраснейший паркет, собранный из нескольких сортов древесины, сильно повреждён. В деревянном напольном рисунке во многих местах не хватало плашек, как если бы кто-то вырвал их с корнем. Лаковое покрытие местами отсутствовало, обнажая потемневшую от времени древесину. В некоторых местах паркет вздулся и был неровным, словно под ним текла вода.

В помещении оказалось довольно холодно, и я невольно поёжилась. Решив проверить свои предположения, подышала открытым ртом. Наружу вырвалось облако пара, быстро рассеявшееся в холодном воздухе. Озноб прошёл по всему телу, и я ещё глубже укуталась в одеяло, пытаясь согреться.

В большие окна, расположенные вдоль одной из стен, проникал тусклый дневной свет, едва разгоняя мрак в комнате. На стёклах толстым слоем красовались морозные узоры, напоминающие сказочные цветы и деревья. И были они настолько красивыми, что я ненадолго засмотрелась.

С осмотра помещения переключилась на осмотр себя. Первое, что поняла, — это то, что мои уже долгие годы короткие волосы исчезли, и сейчас я гордая обладательница длинных, густых, светло-русых волос, сейчас заплетённых в тугую косу. Она была такой длинной, что спускалась почти до пояса. Руки оказались тоже не мои. Я всегда тщательно ухаживала за своей внешностью, и если на лице, несмотря на возраст, благодаря моему косметологу, не было ни единой морщины и ни единого следа увядания, то руки хуже поддавались косметическим воздействиям. Сейчас же я разглядывала руки молодой девушки: кожа плотная, упругая, без единого пятнышка или морщинки. И это всё принадлежит мне! Повезло!

Произошедшее было похоже на сон, но только похоже. Отчётливо ощущалась реальность происходящего.

Откинув одеяло, принялась за разглядывание платья в пол, в которое была одета. Оно было сшито из тонкой, но прочной ткани нежно-зелёного цвета, без каких бы то ни было элементов декора. Именно платье выбивалось из общей картины своим богатым видом. Это несоответствие довольно потрёпанной обстановки с роскошной одеждой царапнуло мозг.

Дверь отворилась как раз в тот момент, когда я закончила с осмотром. От тарелки, которую моя недавняя знакомая держала в руках, исходил пар и умопомрачительный запах, от которого у меня сразу потекла слюна, а желудок жалобно сжался, напоминая о том, что он давно ничего не получал.

— Ну как ты тут? — спросила женщина, подняв глаза от тарелки и внимательно на меня посмотрев. Её взгляд был добрым и заботливым. — Давай попей бульончик, вот увидишь, сразу легче станет, — приговаривала она, а сама аккуратно, стараясь не разлить содержимое тарелки, двигалась в мою сторону. — Шутка ли, два дня без сознания лежала!

Глава 4

Глава 4

В голове появился план на первое время — пока не разберусь в ситуации, буду молчать, никому ничего не говоря о случившемся. Думаю, мне вряд ли поверят, если я начну рассказывать про попадание, а вот проверять, есть ли тут дома, где содержат душевнобольных, не хотелось бы. Палата под номером шесть точно не про меня. Если два дня без сознания лежала, то вполне могла и позабыть чего-нибудь. Например всё. Сначала осмотрюсь, а потом решу, что делать дальше. Лучше перестраховаться. А пока буду притворяться, что ничего не помню, и стараться выяснить, где я нахожусь и что происходит.

Приняв такое решение, я даже немного повеселела. Бульон оказался на редкость вкусным, или просто я очень голодной, но поглощала я его быстро, с жадностью наслаждаясь каждым глотком, и уже скоро тарелка опустела, что сильно порадовало мою знакомую. Тепло разливалось по телу, и силы возвращались ко мне. Наевшись и согревшись, сильно захотелось спать. В прошлой жизни я часто повторяла шутку, что повара в еду добавляют снотворное. Иначе почему после сытного обеда всегда хочется спать? Вот и у меня глаза стали закрываться, и я с трудом сдерживала зевоту.

— Госпожа Ульяна, можно вас? — дверь приоткрылась, но в комнату никто не зашёл. Голос доносился приглушённо — говоривший остался за дверью.

Выслушав просьбу, Ульяна перевела взгляд на меня.

— Теперь отдыхай. — она забрала из моих рук тарелку и уже поднялась, чтобы выйти, но перед этим наклонилась, поцеловала меня в лоб и тихонько прошептала: — Как же я рада, что ты очнулась! — В её голосе звучала искренняя радость и облегчение.

Проводив женщину взглядом, я пристроила голову на подушку. Мысли вяло текли в голове, словно ленивые рыбки в пруду. Получается, что здесь меня тоже зовут Арина, а лечит и заботится обо мне Ульяна. На этом пока всё, что мне известно о месте, куда я попала. Уже прямо перед самым засыпанием проверила свои воспоминания о моей прошлой жизни и с радостью поняла, что помню всё. Терять последнее, связующее меня с той жизнью, не хотелось. Хорошо, что помнила, но, порадовало и другое: к моему счастью, в душе не было боли и горечи ни от ухода мамы, ни от поступка Кости. Моя прошлая жизнь представлялась просто набором фактов, житейским опытом. Это было странное ощущение, словно читаю книгу о своей жизни, но не переживаю эмоции, описанные в ней.

В буквальном смысле провалилась в сон быстро, но мир сна не был ласковым и уютным. Вместо мягких облаков и нежных лунных лучей разум показал кошмарную реальность.

Нет, вначале всё было очень интересно. События проносились перед глазами, как кадры увлекательного фильма.

Сначала я увидела богатый дом, множество слуг, суетящихся по хозяйству, и семейную пару, которая не могла нарадоваться на свою единственную дочь. Было приятно наблюдать за этой семьёй со стороны. В их доме царила атмосфера любви, смеха и взаимной поддержки. Они жили в достатке и гармонии, дорожа друг другом, и казалось, что ничто не может нарушить их идиллию. Радость и чувство умиротворения появилось внутри меня.

Затем ви́дение сменилось, и я увидела, как уже знакомая мне Ульяна приехала в этот дом, одетая вовсе чёрное, с трудом сдерживая слёзы. И после долгих уговоров она согласилась остаться жить вместе с этой семьёй.

Следующий момент рассказал о том, как глава семейства отказался продать хороший кусок земли какому-то высокомерному, надменному, бледному типу, а тот, разъярённый отказом, пригрозил, что все об этом пожалеют, и его слова прозвучали угрожающе.