— Не знаю, но хотел бы.

Это заставляет меня рассмеяться по-настоящему. Это горький звук. Ничего не могу с собой поделать.

— У тебя определенно забавный способ показать это, — говорю я ему, пристально глядя на его подбородок. Я пытаюсь сохранить свое внимание нейтральным, глядя на скучную часть его тела. Не работает. Черт побери этот рот. У него рот капризной поп-звезды. Как это вообще честно? Какая-то часть меня чувствует, что он самое красивое существо, которое я когда-либо видела — за исключением Абраксаса. — Прижимать меня к полу моего собственного логова, похищать меня голой, запирать меня.

— Ты не заперта. У тебя есть свобода идти куда угодно на этом корабле. — В его словах есть рык, какой-то низкий, скрежещущий звук разочарования, который определенно не человеческий. — Ты даже не пыталась.

— Я могу идти куда угодно на этом корабле, — повторяю я, желая, чтобы он отступил на шаг или два.

Я решаю взять инициативу в свои руки, проскальзывая мимо него и направляясь к стене из стекла. Я привыкаю к ней, но могу смотреть на нее только если притворяюсь, что это планетарий или типа того. Если я думаю об этом слишком сильно, у меня снова начинается головокружение.

— Я не могу уйти. Вот как выглядит быть запертой.

— Ты не будешь привязана к этому кораблю вечно, — рявкает он на меня, подходя слишком близко к моему правому боку.

В его словах яд, способный соперничать с шипами на хвосте Абраксаса. Ой-ей. У кого-то нерешенные проблемы кипят под его придворной внешностью.

— Ты можешь путешествовать по вселенной, пока даешь мне кровь. Тебе придется видеть меня лишь ненадолго, если ты этого желаешь.

— Я могу жить с Абраксасом? — спрашиваю я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него с явным недоверием на лице. — Серьезно? Ты позволишь мне вернуться на Джунгрюк?

— Я… — он замолкает, и я снова смеюсь.

— Боже, ты даже не можешь сдержаться, да? — спрашиваю я, попивая воду. Я разочарована в нем, и не могу объяснить почему. Как я могу быть разочарована в парне, которого не знаю, который похитил меня, на которого мне плевать? — Перестань мне врать.

— Он не твоя пара. Я твоя чертова пара!

Принц поворачивается и оглядывается, словно ищет, что бы сломать. Он сжимает руки в кулаки, заставляя перчатки скрипеть от силы в них.

— Мне следовало позволить моим солдатам убить его, когда он был пойман под их сетями и извивался.

Я бросаю свой стакан с водой в принца, и он попадает в стену вместо него. Я слышу звук разбивающегося стекла, и это разочаровывающее чувство головокружения накрывает меня. Нас засосет в космос. Ледяная, безмолвная тьма. Мой дух будет навсегда заперт в сохранившейся оболочке моего тела.