— Повтори, пожалуйста, я не поняла, — прошептала ему в грудь, совсем не ожидая, что он услышит.

— Ия, маленькая развратница!

Ага, значит, она ему не сестра. Ну вот и определили.

Мейно вдруг заворочался на постели, подтянул меня выше, так что наши лица оказались на одном уровне.

— Ия, — ласково прошептал он и склонился к моим губам.

Я уже целовала Роберта и думала, что все люди целуются одинаково, но, похоже, ошиблась. От мага и пахло иначе — морем и солью, и целоваться с ним было по крайней мере не противно. Да что там, я даже впервые услышала, как быстро стучит сердце Лигеи. Гораздо быстрее, чем русалочье.

Настойчиво, но нежно он ласкал мои губы, и я совсем не хотела останавливаться, забыв и о том, что сюда могут войти, и о том, чью невесту я изображаю. И в самый неподходящий момент, когда я парила, словно летучая рыба над водой, Мегинхард открыл глаза.

* * *

Он и правда что-то перенапрягся, хотя раньше магическое исследование тела не отнимало так много сил. Возможно, эта слабость — первый признак старения. Или сумасшествия, потому как только сумасшедший мог разрешить чужой невесте проводить его до комнаты.

Не имеет значения, что Лигея настаивала, он как честный, порядочный мужчина должен был твёрдо отказать. Вместо этого Мегинхард позволил тащить себя, как ребёнка, а потом… Он не помнил, что было потом.

Кажется, он уснул и перенёсся в дни бурной молодости, когда девицы сами ложились в его постель, ему же оставалось лишь решить, оставлять их или прогнать прочь. Ия тоже была одной из таких девок поначалу, а потом Мегинхард влюбился. Давно, больше ста пятидесяти лет назад.

Ия давно умерла, но ощущения во сне были такими яркими, словно он и правда целовал и обнимал живого человека. Мегинхард не хотел, чтобы сон прекращался, но какая-то его часть вдруг догадалась: что-то не так. Он открыл глаза, чтобы проверить, и сразу об этом пожалел.

Рядом с ним, довольная, как сытая кошка, лежала леди Лигея. И, похоже, именно её губы он только что целовал.

Ни слова произнести Мегинхард не успел: Лигея состроила возмущённое лицо и выдала:

— Немедленно рассказывайте, кто такая Ия!

Женщины — никогда ему их не понять. Лигея должна сгорать от стыда, а её волнует давно почившая в земле женщина.

Ничего не отвечая, Мегинхард поднялся с постели и, подумав, заблокировал дверь. И вовремя — на весь коридор раздались крики.

— Пропала! Леди Лигея пропала! Ох, горе-то, горе!

Захлопали двери, раздались мужские голоса — рыцари Ордена хотели знать, что случилось. Маг укоризненно глянул на Лигею, а она лишь пожала плечами.