Того, чья кровь станет ответом на все вопросы, скопившиеся за долгие два десятилетия.

И вот теперь – якобы чудесное исцеление на Приесте с помощью молитв и храмовой воды, но Сорген подозревал, что кто-то смог его опередить.

– Бред! – в который раз заявил он сам себе. – Но это же полная ерунда! Какие еще молитвы? Такого не может быть.

Он снова погрузился в размышления, из которых его вырвал начальник личной охраны. Днем ранее Линдо Грасс был отправлен на Приест, чтобы разобраться с обстановкой, а затем доложить обо всем начистоту.

Это был начинающий седеть, но подтянутый и с военной выправкой дракон. Долгие годы он прослужил в королевских войсках, где, по его собственному утверждению, так и не получил достойной благодарности за все свои старания.

Зато Сорген оценил его сполна – убедившись в преданности Грасса после нескольких щекотливых поручений, он повысил его до главы охраны и назначил щедрое жалованье.

– Господин, я к вам с новостями, – поклонившись, произнес Грасс. – Вернее, пришел доложить, что новостей по главному вопросу у меня нет. Наша слежка не смогла установить наличие лекарства на Приесте. Целители в лазарете опрошены все до единого, так же как и пациенты, но никто и ничего не знает. Зато все в один голос утверждают, что исцеление началось с двух драконов, которым некая Эмбер Райз принесла воду из храмовой чаши.

– Ты с ней разговаривал? С этой Райз? – поинтересовался Сорген.

– Да, мой господин! – отозвался Грасс, и на его лице промелькнуло раздосадованное выражение. – Девица совершенно бешеная. Утверждает, что она сама вылечила сына и жениха водой и молитвами и никто другой не имеет к их выздоровлению отношения. Целители в нашем лагере тоже ничего не знают.

– Отвратительное незнание! – поморщился Сорген.

– Но все-таки кое-что есть, – отозвался Грасс. – Ряд совпадений, которые могут вас заинтересовать. Та девка, что вы приказали ликвидировать с неделю назад из-за ее якобы связи с революционерами. Так вот, сейчас она на Приесте. Сначала я счел это простым совпадением, но…

– Что именно?

– Она там вместе с Роэном Халденом, – произнес Грасс, который был в курсе всех дел Соргена. – Он тоже сейчас на острове.

– Вот, значит, как… – протянул Сорген. – Сын Лаэрта Грона в центре эпидемии, которая начала затухать якобы сама по себе. Ты прав, Грасс, это довольно подозрительно.

– К тому же я выяснил, что парень тоже заразился и был в числе первых выздоровевших. Вполне возможно, его стоит допросить – и сделать это как следует. На Приесте мне это не удалось: он отказался со мной разговаривать. Два близко

Сорген поморщился.

Оставить сына Лаэрта Грона в живых, возможно, было его серьезной ошибкой. Но даже если он и шел по головам, убийцей детей Сорген не являлся.

Зато теперь мальчишка вырос и при этом продолжал его ненавидеть – время от времени ему докладывали об этом приглядывавшие за Роэном агенты.

Теперь же, судя по всему, сын Грона оказался во что-то замешан.

– Та девка из Аллирии, кстати, его невеста, – добавил Грасс. – Она тоже может что-то знать. Думаю, сперва стоит ее допросить как следует и только потом прикончить?

– Кажется, она – Людской маг из Аллирии, – протянул Сорген, вспоминая. – Интересно, брали ли у нее кровь на проверку?

Вопрос был риторическим, но Грасс решил, что спросили у него.

– В лагере меня заверили, что анализы делаются денно и нощно, но все результаты отрицательные, так что кровь той девки ни на что не годится. Кстати, вот она – я захватил для вас сегодняшнюю газету с Приеста.

С этими словами Грасс развернул и положил ее перед Соргеном на стол.

– Зря мы думали, что она связана с революционерами, – добавил он. – Девка их сама и сдала.

Сорген мазнул глазами по газете, но взгляд его все же задержался на черно-белом импринте на первой странице. «Джойлин Грей дает интервью после нападения в храме», – так гласил заголовок.

В этот самый момент Соргена словно ударило громом.

В горле пересохло, а перед глазами замелькали белые пятна. Мир покачнулся, и он внезапно осознал, что падает – обессиленно откидывается на спинку кресла.

– Стой!.. – прохрипел он. – Остановись, Грасс!

– Что с вами, господин Сорген? – нахмурился тот. – Вам вызвать лекаря?

– Я и сам лекарь, – отозвался Сорген, пытаясь взять себя в руки. – Та девица… Это точно ее импринт?!

Вопрос не был из разряда умных, но Грасс как ни в чем не бывало подтвердил, что девица в жизни и девица на газетной странице – одна и та же, потому что он видел ее в лагере.

Только в жизни, надо признать, она довольно сильная магисса, и убить ее не удалось уже несколько раз подряд. На Приесте его люди и вовсе оказались скомпрометированы, так что ему придется заняться этим вопросом самому.

– Нет, – покачал головой Сорген, – не смей ее трогать! Доставь ее ко мне и как можно скорее, но так, чтобы ни один волос не упал с ее головы.

– Допросить на Приесте, а потом убить было бы намного проще, – пробормотал начальник охраны. – Эта девица – сущая зараза!

– Живой! – рявкнул Сорген, внезапно поняв, что он только что вышел из себя. – Джойлин Грей нужна мне живой, потому что… Потому что…

Не договорил. Махнул рукой, отпуская Грасса – отправляя его за Роэном Халденом и за Джойлин Грей.

Потому что последняя…

Она была дочерью Глэдис, и сомнений в этом у него почти не оставалось. Невероятное сходство – такой же упрямый подбородок, красиво очерченные брови, полноватые губы и своенравное выражение на красивом лице.

Со страницы газеты на него смотрело лицо той, кого он когда-то любил. Той, кто его предала; ушла от него к Данхиллу, а потом погибла, защищая новоиспеченного мужа и своего ребенка.

Оказалось, дитя вовсе не сгинуло под колесами кареты.

Девочка выросла в Аллирии, после чего явилась в ТалМирен, но теперь носила имя Джойлин Грей.

И то, что она появилась на Приесте, – в этом Соргену виделся перст судьбы. Она явно что-то знала, поэтому ее нужно будет допросить.

Глава 9

Глава 9

Очередные проблемы я нажила из-за собственной жадности, которая взяла верх над моим разумом. Принялась сладко нашептывать в оба уха, что ничего плохого на приеме у мэра Приеста случиться со мной не может.

Только хорошее – потому что в окружении почетных гостей и местной знати мэр собирался мне вручить благодарность. Причем не только на словах, но и добавить приличную сумму на банковский счет.

Деньги ни мне, ни Роэну – хотя мы с ним подобные вопросы не обсуждали – в будущем не помешают, я прекрасно это понимала. Потому что ситуация для меня изменилась, и в последнее время я больше не думала о возвращении в Аллирию по окончании учебного года.

Наоборот – все мои мысли были связаны только с ТалМиреном. И причина заключалась не только в Роэне или в том, что мы с ним хотели дать лекарство всему Драконьему королевству.

«Мне они тоже не помешают», – тотчас поддакнула Нерис, еще одна моя причина, после чего спросила, что такое деньги.

«То, чего у нас с тобой сейчас нет, – сообщила я ей. – Но нам собираются выдать премию за храбрость во время спасения лазарета в звонких монетах и хрустящих купюрах, так что сопротивляться мы с тобой не станем».

И если для этого мне придется пережить два часа занудных речей, а потом произнести свою собственную – о том, как сильно я благодарна драконам за все, что они для меня сделали, – то уж как-нибудь я это переживу.

Рассказала обо всем Роэну, в последнее время ставшему совсем уж подозрительным. А еще тревожным – ему повсюду виделись враги, готовые покуситься на мою жизнь, и он носился со мной как с писаной торбой.

Ему такое не понравилось, но я все же его уговорила. Сказала, что не собираюсь отказываться от богатства, которое само падает в руки.

К тому же какая еще опасность может поджидать в доме мэра? Он чей-то там родственник из Изначальных Родов, так что с охраной у него все будет отлично.

Конечно же, мы пойдем туда вместе, я буду только рада, если Роэн станет меня сопровождать и за мной присматривать, как делал в последние дни.

– Джой, я за тебя боюсь, – время от времени говорил мне Роэн, ставший слишком уж трусливым во всем, что касалось меня.

Зато за себя он нисколько не переживал, хотя причин волноваться у нас было предостаточно.

Мы всеми силами скрывали полученное в палатке лекарство, но при этом смогли дать его всем заболевшим драконам на Приесте. Арчи Кей сдержал свое слово.

И почти все драконы выздоровели.

Кровь Эмбер Райз, которой я подменила свою, тоже сделала свое дело, и я осталась вне подозрений. На Роэна не подумали: он сам едва не умер. И, самое главное, экспедиции в Аллирию за бобрами тоже никто не отправлял, и бобровые хвосты были в полной безопасности.

Зато у отца Ансельма на утренних и вечерних службах постоянно происходил аншлаг.

В храм являлись не только выздоровевшие драконы. Люди тоже приходили, стояли в проходах, потому что все лавки были заняты. А возле чаши, в которую едва успевали подливать воду храмовые служки, порой возникала давка и даже драки.

Все хотели прикоснуться к великой мудрости и благости, идущей от отца Ансельма, а заодно зачерпнуть чудодейственной воды. После чего делились друг с другом подробностями невероятного исцеления – и о них даже начали печатать статьи в местных газетах.

Оказалось, вода, благословленная отцом Ансельмом, помогала буквально от всего: и от желудочных язв, и от хандры, и от легочных заболеваний, – а еще использовалась местными девицами как отличный способ для лечения бесплодия.