— Лорд Каэлан, вы выглядите… перегретым. Я принесла охлаждающий нектар. И для вас, дорогая, — она кивнула мне. — Вы должны быть измучены. Эмоциональные всплески так выматывают неопытных.

Девушка поставила кубок передо мной. Нектар искрился, пах мёдом и мятой. Рука сама потянулась, но я вспомнила свою же инструкцию и резко отдёрнула пальцы.

— Спасибо, не хочу, — сказала, глядя ей прямо в её фиалковые глаза. — Я уже имела неосторожность принять напиток из ваших рук. Знаете ли, эффект мне не понравился.

Лерия замерла. Её улыбка не исчезла, но в глазах что-то дрогнуло — холодная, змеиная злоба. Каэлан, придя в себя, поднялся во весь рост.

— Лерия, — его голос был тихим, но таким ледяным, что, кажется, нектар в кубках покрылся инеем. — Ты откуда узнала, что у нас здесь были… «эмоциональные всплески»?

Она не моргнула и глазом.

— О, милорд, по всей цитадели гуляют слухи о яркой вспышке магии из библиотеки. Я просто побеспокоилась и решила проверить, всё ли в порядке. Возможно, ваша избранница вообще опасна и не подходит для столь тонкой и сложной связи с вами, лорд!

— Слухи гуляют слишком быстро, — отрезал Каэлан. — А твоя забота граничит с навязчивостью. Оставь нас.

В его тоне не было места возражениям. Лерия слегка поклонилась, но прежде чем выйти, её взгляд скользнул по мне. В нём было обещание, — ясное и недвусмысленное: «Это не конец».

Когда дверь закрылась за сиреневоглазой, я повернулась к Каэлану, скрестив руки.

— Объясните. Кто она? И почему вы позволяете ей вот так входить и выходить, как будто это её личные покои? Она же чуть не добила меня своим «успокоительным», а теперь подслушивает у дверей да ещё приносит какую-то подозрительную жижу!

Каэлан, который уже начал было листать следующую умную книгу, медленно поднял взгляд. В его глазах я увидела не раздражение, а усталую, холодную ясность.

— Лерия — не просто «девушка с сиреневыми волосами». Она дочь лорда Элтариона, главы одного из самых влиятельных эльфийских домов, Фейнорвиннов. Дома, который контролирует проходы через Лунные горы и снабжает половину драконьих кланов магическими артефактами и редкими рудами.

Он откинулся на спинку стула, и его пальцы принялись барабанить по дереву стола. Нервный жест, которого я от него не ожидала.

— Её присутствие здесь — не моя прихоть. Это условие её отца, поставленное после того, как Совет назначил мне ритуал Пробуждения Сердца. Элтарион рассчитывал, что сердце выберет её. Это укрепило бы союз наших родов, сделав его нерушимым. А теперь представьте его реакцию, когда амулет указал на… — мужчина запнулся, подбирая слова.

— На «корову» из человеческой деревни? — закончила я за него, не моргнув глазом.

— На неизвестную девушку без связей, магического дара и политического веса, — поправил он сухо, но без прежнего презрения. — Вы — дипломатический инцидент в юбке, Эйлин. Лерия здесь как «гостья» и «наблюдатель» от своего дома. Если я выставлю её вон или публично обвиню в покушении без неопровержимых доказательств — а пустой кувшин и ваши слова таковыми не являются, — её отец воспримет это как личное оскорбление и объявленную войну. Торговые пути будут перекрыты, поставки прекратятся, а Совет, который и так недоволен моим «неудачным» выбором, получит идеальный повод сместить меня с поста Верховного дракона Ледяного Пика. В лучшем случае.

Я слушала, и у меня постепенно уходила почва из-под ног. Я думала, что попала в сказку про злую колдунью и принца. А оказалась в центре сложного, многоходовой политической игры.

— То есть, Лерия может травить меня безнаказанно? — тихо спросила я.

— Нет. Но она может «ошибаться». Принести слишком сильное успокоительное для хрупкого человеческого организма. Посоветовать прогулку по опасному ущелью. Предложить «безобидное» развлечение, которое для вас окажется фатальным. И всё это — с самыми искренними, сладкими намерениями. И доказать её злой умысел будет практически невозможно.

Мужчина раздражённо отшвырнул книгу, которую хотел прочесть мне вслух. Что же, оказывается, этот надменный властный дракон тоже был в ловушке.

— Значит, мы ничего не можем сделать?

— Можем! Выжить. Укрепить связь так, чтобы Совет и все остальные увидели в вас не случайную помеху, а реальную, сильную Истинную Пару. Тогда интриги Лерии потеряют смысл. А её отец будет вынужден признать свершившийся факт. Но до тех пор мы должны быть умнее, быстрее и предусмотрительнее на десять шагов вперёд. И вы, — его взгляд оценивающе скользнул по мне, — должны прекратить быть непредсказуемым элементом и начать учиться.

Глава 7

Глава 7

Слова лорда вновь вызвали волну раздражения, но самодовольный дракон был прав. Мои истерики и колкости ничего не помогали, только подливали масла в огонь.

— Хорошо, — сказала я, выпрямив спину. — Учите меня. Контроль, история, политика, этикет. Всё, что нужно, чтобы перестать быть «дипломатическим инцидентом». Но, — я подняла палец, — с одним условием.

Каэлан вздохнул, будто ожидая очередной глупости.

— Каким?

— Вы прекращаете смотреть на меня, как на ошибку, которую надо терпеть. Я не просила притаскивать меня сюда, но вот оказалась здесь. И я буду драться за эту странную, нелепую жизнь, которая мне теперь досталась. Так что давайте драться вместе? Как союзники, а не как тюремщик и заключённый. Короче, предлагаю вам перемирие. Или как это называется на вашем дипломатическом драконьем?

Каэлан долго смотрел на меня. Его ледяной взгляд, казалось, сканировал каждую черту моего лица, ища ложь, истерику, слабость. Но я смотрела в ответ, не отводя глаз, полная той самой упрямой ярости, которая только что зажгла его амулет.

— Союзники, — наконец произнёс он, словно пробуя это слово на его языке. — Хорошо, мы начнём с основ контроля. Но запомните: Лерия — не единственная опасность, есть ещё лорд Зерель. И если он узнает, насколько… эмоционально заряжена наша связь, он может попытаться использовать это. Спровоцировать вас. Ваша задача — не поддаваться.

Мужчина встал и снова подошёл ко мне.

— Держите! — приказал он и протянул свою руку.

Я положила свою ладонь на его, испытывая какое-то глупое девичье смущение.

— Теперь отправлю вам эмоцию, а вы попробуйте её поймать. Я… пошлю вам что-нибудь простое.

Сначала было только ощущение его руки. Потом… лёгкое, едва уловимое покалывание в кончиках пальцев. И вдруг — чёткая, как вспышка, эмоция. Нет, это была не ярость, а скука. Такая всепоглощающая, утомительная скука, что мне тут же захотелось зевнуть. Я фыркнула.

Каэлан тут же отдёрнул руку, будто обжёгшись.

— Вы почувствовали?

— Да. Вы страшно заскучали, слушая самого себя. Или глядя на меня… Вариантов много.

На его лице снова промелькнуло это почти-удивление, почти-улыбка.

— Неплохо для первого раза. Это была именно скука. Большинство новичков путают её с умиротворением.

— О, уж скуку узнаю сразу, — сказала я. — Мне часами приходилось выслушивать рассказы бывшего жениха о том, как его не ценят на работе и не замечают его талантов. Ладно, давайте что-то посложнее.

— Нет, на сегодня достаточно. Вы и так уже перегрузили канал. А теперь… — лорд подошёл к столу, взял один из кубков с нектаром, поднёс к носу и понюхал. Его выражение стало ещё суровее. — … наглядно. Видите этот искрящийся напиток?

Я кивнула, — вроде же не слепая.

— Если бы вы его выпили, через полчаса впали в блаженное, счастливое состояние полной покорности. Вы бы согласились на всё, что вам предложат. Вплоть до добровольного разрыва связи через ритуал самоуничтожения. И все сказали бы: «Бедняжка, не выдержала давления, сама наложила на себя руки». И я сделаю всё, чтобы дать Лерии вас убить, пока вы не станете сильнее этой хитрой эльфийки.

Дракон посмотрел на меня, и в его взгляде впервые была не снисходительность, а что-то вроде вызова. Он ждал, не испугаюсь ли я.

Я глубоко вдохнула и посмотрела на блестящий, смертельно опасный нектар.

— Поняла. Значит, будем учиться. И будем осторожны. Но, лорд Каэлан?

— Да?

— Когда я стану сильнее Лерии, то можно повыдираю её сиреневые патлы?

— Вы сведёте меня с ума, — сказал Каэлан с какой-то странной, уставшей удовлетворённостью в голосе. — Вы — самое непредсказуемое и раздражающее существо, которое встречал за триста лет.

— Опять комплименты? — я сладко улыбнулась, копируя мимику сиреневоглазой отравительницы. — Продолжайте, я записываю.

Он покачал головой, но в уголке его губ опять дёрнулось это манящее подобие улыбки.

— На сегодня достаточно. Вы меня истощили. И физически, и ментально. Идите. И… — дракон запнулся, — не пейте ничего, что не принесёт лично Хельга или я.

Я встала, чувствуя странную эйфорию. Да, меня чуть не отравили, связали с драконом-снобом и объявили мишенью. Но только что заставила этого дракона потерять контроль, а его коварную недотрогу — скрипеть зубами. И это было чертовски приятно.

— До завтра, учитель, — бросила на прощание. — Готовьтесь. На следующем уроке, может, научусь посылать вам что-нибудь приятное и умиротворяющее.

Судя по тому, как дёрнулся глаз лорда, он не поверил.

Глава 8

Глава 8

Ужин принесла, как и обещал Каэлан, сама Хельга. На подносе стояла миска с кашей серо-бежевого цвета без единого намёка на специи или зелень, кусок сухого хлеба и чашка чего-то прозрачного, похожего на слабый бульон. Запах отсутствовал напрочь.