Расслабившись и прикрыв глаза, попробовал почувствовать Анастасию. Она откликнулась сразу, и как-то… ожидающе, что ли. Но всплеск ее эмоций словно обрубило – наверное вспомнила, что все еще на меня обижена, а мы так и не разобрались с произошедшим в особняке.

Все, впереди семь часов – если сходить в Киеве, или девять – если ехать до Одессы. Поезд не скоростной, а лишь скорый, так что путь по времени занимает прилично. Правда все равно не сравнимо с привычными скоростями моего мира, где подобная дорога заняла бы не меньше суток.

Остается только ждать. Можно расслабиться, и даже попробовать поспать.

Расслабиться не получалось, спать не хотелось. Вскоре, почувствовав смутное желание Анастасии задать мне вопрос, я не сразу понял в чем дело. Причем прямо она ничего не спрашивала, но ее мысленное, пусть и ненавязчивое внимание к себе я чувствовал очень хорошо. В чем дело не понял, даже когда раздался негромкий стук в дверь. Запустив в купе напряженную княжну, показал ей на сиденье напротив.

И только посмотрев в усталые глаза обеспокоенной спутницы, понял в чем дело. Анастасия просто… нет, не боялась. Она сильно переживала. Княжна была напряжена как струна, против воли сжимая и разжимая кулаки. Ну да, это все же не меня пытаются убить, а ее. Так что понимаю. Тем более, что княжна не обладает той информацией, что есть у меня – и, если я представляю подоплеку происходящего, для нее же отягчающим грузом на душе висит пугающая неизвестность мотивов убийц.

Взглядом и мысленно я намекнул Анастасии, что неплохо было бы ей отдохнуть. В ответ княжна, словно опомнившись, вернула самообладание и посмотрела отстраненно-надменно, явно намекая на все то, что думает о моем поведение на ужине.

- Детский сад, - только прокомментировал я ее многозначительное молчание, устало отворачиваясь. Эффект моего комментария превзошел все ожидания – княжна непроизвольно вздрогнула и как-то вдруг осунулась.

Мда. Видимо, я ее переоценил, девушка все же не железная. Повинуясь импульсу, пересел, устроившись рядом с княжной и накрыл ее ладонь.

- Прорвемся, не переживай, - дежурно, но уверенно сказал я.

Анастасия вдруг облокотилась на меня, положив голову на плечо, так что мне не оставалось ничего другого, как ее приобнять.

Переоценил, как есть. Устала быть железной леди… нет, на так. Устала быть снежной королевой, тем более вот так – без привычной стихийной силы. Поганое чувство, наверное – как фигуристке в одном легком платьице выйти в роли игрока на площадку, где проходит жесткая заруба хоккейного матча розыгрыша плей-офф.