Я застал ее в Белом саду. Она рассеяно ковыряла соляные розы, просеивала белые крупицы в ладонях, рассыпала и разглядывала, как крупинки кружатся в воздухе. Ее тень шевелилась на песке, словно живая, но послушно следовала за хозяйкой, пока та переходила от одного цветка к другому, что-то бормоча себе под нос. Я тяжело вздохнул, удивляясь причудливости ее безумного воображения, и шагнул вперед, выходя из тени оранжереи.

Люба подняла голову и посмотрела на меня, а потом, без всякого выражения, вернулась к своему бессмысленному занятию.

— Завтра утром я уезжаю, — сухо сообщил я. — Твое завещание, в котором ты передала титул и земли своему брату, будет заменено на другое. Не хочешь узнать, кто станет твоим новым наследником?

Она равнодушно пожала плечами, и мне сделалось тревожно. Что на нее опять нашло? Ведь речь о ее брате!

— Вояг Густав, — бросил я, следя за ее реакцией.

Люба посмотрела на меня слегка затуманенным взглядом, как будто витала мыслями где-то далеко, и кивнула. А после перешла к новой розе, отламывая от нее кристаллы соли.

— Ты меня вообще слышишь? — разозлился я. — Вояг Густав будет новым Шестым! Он отправится в Источник вместо тебя! Вместо тебя и твоего брата!

Она пожала плечами, не отрываясь от своего крайне увлекательного занятия.

— Отлично. Раз ты не возражаешь, будь так любезна, напиши сама новое завещание, чтобы никто не усомнился в его истинности.

С этими словами я взял ее за локоть и повел к легкому плетеному столику под навесом. Там были и два стула, поставленные специально, чтобы пленница могла наслаждаться красивейшим видом на горные вершины и греться на солнышке.

— Тиффано, а ты не боишься? Стрекоз не боишься? — невпопад спросила безумица, безропотно давая усадить себя на стул.

Я подвинул ей бумагу и чернильницу с пером.

— Давай пиши.

Она серьезно посмотрела на меня и покачала головой.

— Не буду.

— Люба! Ты понимаешь, что своим завещание подставила Антона? Орден Пяти его найдет!..

Она высыпала горку соли на стол и стала развозить ее пальцем.

— Ты меня слушаешь? Хватит вести себя как дурочка! Тебе это не идет!

— Зато тебе идет лиловый оттенок и такая милая припухлость… Знаешь, Тиффано, нацепи-ка ты повязку на глаз, будешь выглядеть хоть немного мужественней, а не той нюней, у которой даже не стоит…