– Все хорошо, – подозрительно посмотрела на друга, – а вот ты врешь, причина твоего звонка в другом.

– Вру, – спокойно согласился он, с легкой полуулыбкой на губах.

– И? – я развела руками, как бы показывая, что жду продолжения.

– Меня сегодня в комитет по правам человека вызывали. Про тебя расспрашивали.

– И что ты сказал? – во рту пересохло от волнения. Если Ника вызывали, значит, комитет добрался до моей заявки на освобождение Барсика, и начал свои проверки. Сколько им времени потребуется, чтобы узнать о том, кто на самом деле такой этот Барсик? Барсадов старший конечно хорошо меня прикрыл, но все равно было как-то не по себе.

– Сказал, что ты злая девочка, которая в детстве мучила котят, надувала лягушек через соломинку, разоряла птичьи гнезда....

– Ник!

– Вась, ну что я, по-твоему, мог сказать? Все как есть, правду! Инспектор выслушал, довольно покивал, сделал тридцать три заметки. Так что все нормально. Я тебе просто звоню предупредить, что машина запущена, сейчас они начнут шерстить всю твою подноготную. Если что – будь готова к звонкам.

– Спасибо, – кивнула, облокотившись локтями на стол, – спина болела неимоверно.

– Ладно, рассказывай, давай, как там твои дела, как имущество твое двуногое поживает.

– Все хорошо.

– Да ладно тебе притворяться, колись, что там у вас и как.

– Ник, ты не понял. Действительно все хорошо, – чуть пожала плечами.

– Помнится, в прошлый раз, когда мы созванивались, ты была готова убить его, расчленить собственными руками и закопать где-нибудь в саду. А сейчас говоришь, что все нормально?

– Не поверишь, но это действительно так, – кивнула, подтверждая свою мысль.

– И что же изменилось?

– Мы с ним, скажем так, вышли из острой фазы отношений. У нас был очень серьезный разговор, даже не разговор, а скандал, после которого все изменилось.

– Прямо подружились, и ходите теперь только за руку? Не спорите, не ругаетесь?

– Еще как спорим, и ругаемся. Только теперь это споры двух людей с разными точками зрения, а не стычки хозяйки и упрямого раба. Бесит по-прежнему неимоверно, но хоть горечи не остается после наших разговоров, как это было раньше.

– Так, а теперь давай поподробнее. Что, как и почему, – Никита устроился поудобнее перед экраном, подперев щеку рукой, – пожалуйста, полный доклад со всеми подробностями.