Тимур чуть удивленно поднял брови, опешив от моего внезапного желания увидеть результаты работы.

Наверное, думает: «вот сумасшедшая, сама секунду назад говорила о непонятных сменах настроения и на тебе, меняет позицию на сто восемьдесят градусов».

Ничего, пусть уж лучше недоумевает, чем продолжает говорить на больную для меня тему. Не дожидаясь его ответа, поднырнула под руку и побрела обратно вглубь гаража. Тимур, чуть замешкавшись, последовал за мной.

– Ну, давай рассказывай, что тут интересного?

Он кивнул и указал на большую груду деталей:

– Я сегодня разобрал все содержимое машины. Вот это старое д*рьмо уже никак не реанимировать. Так что можно смело отправлять на помойку. Тем более, замену уже приобрели. Вот это, – он подошел у другой, более аккуратной куче, – те детали, которые еще могут послужить. Я их на днях переберу, прочищу, и будут как новые. Внутреннюю часть машины я уже вычистил, убрал ржавчину, масленые подтеки, так что она готова к сборке. Если все пойдет нормально, и не обнаружится каких-то скрытых дефектов, то, думаю, дней за пять я ее соберу, и можно будет красить.

– Здорово, – кивнула, слушая его рассказ.

Интересно, а какая у него машина? Когда был вольным, наверняка имел железного коня, и ковырялся в нем с упоением в свободное от дебошей время. Как бы так ненавязчиво узнать? В последний момент удержалась, чтобы не задать этот вопрос вслух. Вот здорово было бы, ляпни я что-то про его свободную жизнь, и прощай обещание, данное Барсадову старшему, хранить все в секрете.

– Я смотрю, ты в машинах хорошо разбираешься. Хобби? – наконец, придумала более или менее нейтральный вопрос.

И тут я ясно увидела работу его внутренних ограничений. Видать, не особо задумываясь над ответом, он уже открыл было рот, но оттуда ни слова не вырвалось, будто невидимой рукой отключили звук.

Тим горько поморщился и с досадой произнес:

– У рабов не бывает хобби.

– Тебя кто-то из хозяев учил разбираться в машинах? – решила подойти немного с другой стороны.

– Что-то типа того, – уклончиво ответил он.

– А какие машины нравятся больше всего? Ведь есть самая-самая любимая. У кого-нибудь из хозяев наверняка было что-то запавшее в душу.

Он недовольно поморщился. Наверное, вспоминать о свободной жизни тяжело и больно, но все-таки начал говорить.

– Была у одного… хозяина машина, близкая по духу. Почти такая же, как у твоей подруги Марики…

– Она мне не подруга, – механически поправила его.

– Не важно. Вот у нее модель А17 – это женский вариант, а там был А27 – мужская версия. Черного цвета с хромированными деталями.