- Только не говори, что Элисте подпустила тебя к себе, - морщится хозяин Лимба.

- Смирись. Итак?

Демон рассматривает меня несколько мгновений, как будто что-то решает для себя, как будто к чему-то прислушивается. Мне не нравятся ни взгляд, ни поза, ни меняющееся выражение лица.

- Почему ты считаешь, что я буду тебе отвечать, Аарон? Не слишком ли много…

- Ты мне должен, Сэм. Не заставляй напоминать о должке, - Вискарь, словно что-то чуя, произносит свое коронное «мя», не сводит огромных глаз с гостя.

- В напоминании нет необходимости. В отличие от тебя, Аарон, - он выдвигает из-за стола стул, садится, закидывая ногу на ногу, - я свои косяки помню очень хорошо.

- Я свои тоже.

- Да неужели? – тянет ехидно демон. – Ладно, услуга за услугу, у нас тут вроде как светская беседа намечается. Элисте собиратель, который перестал приносить мне души вовремя, - пожимает плечами. – Как думаешь, что я тут делаю?

- Ты приходил к ней и до этого…

- А, - он машет рукой, - совет и смотрители могли все испортить, мне бы этого не хотелось.

- Испортить что именно? Ты имеешь какое-то отношение к тому, что происходит сейчас? К мертвым ведьмам?

- Если бы имел, не стал бы приходить к Громовой, не находишь?

- Самаэль, не беси меня, - качаю головой. – Я действительно не в настроении.

- Очень страшно, - хмыкает падший, но все-таки поясняет. – Элисте должна была стать одной из самых сильных собирательниц. И в итоге стала. Не благодаря совету, разумеется.

- Разумеется, - киваю. – Что ты сделал?

- Просто поговорил, все рассказал.

- Наверняка не просто рассказал, да, Сэм? – скриплю зубами. – Ты всегда любил театральные декорации и громкие представления. Провел ее по закоулкам собственной дряхлой памяти? Показал Охоту Каина, какой она была?

- Да. Показал, - спокойно кивает демон. – И не тебе меня судить, - кривится, - длань Господня.

Выпад я игнорирую. Достаточно давно перебесился на этот счет, так что сейчас не трогает. Даже отголосков былой злости нет.

- Брешь впервые тоже ты показал? Поэтому она так долго держится?