Кутенок в моих руках заскулил.

Ваня вздохнул.

— Щеки паршивые…

— А с этим-то что делать?

Мы переглянулись.

Щенок, кажется, тоже не ждал уже от людей ничего хорошего. Обвис тряпочкой и не сопротивлялся.

— С собой заберем. Пусть мелкие играют, а там посмотрим. Кому-то ж надо и двор охранять.

— Опять отравят.

Я махнула рукой.

— А здесь ему так и так погибать. Что, в канаву его швырнуть? У нас хоть шанс будет, а тут наверняка подохнет. Ты посмотри, у него едва глазки открылись!

— Молоко нужно, — печально вздохнул Ваня.

— Ну и пошли за молоком.

И пошли.

Ваня нес корзинку, я щенка.

Эх, елки! Никогда собак не заводила. И считаю, что у собаки должен быть дом и двор, и гулять мне всегда было лень. Вставай каждое утро в шесть, топай…

И ни уехать никуда, ни приехать… нет уж. Сама по себе оно как-то проще было.

А тут…

Родственники, семена, собаки… я этого хотела?

Черт его знает, чего я хочу. Я пока точно знаю, чего НЕ хочу.

Не хочу, чтобы моей жизнью кто-то распоряжался.