Приказ тотчас был передан по отрядам и выполнен. Теперь жители Леса стояли в самой середине воинства. По правую руку от них были воины Вола, Моста и Быка, а позади – воины пастухов. По левую же руку – воины Винограда, дальше – Серпа, и, наконец, Лика. Эти три рода выставили более пяти больших сотен воинов. Что же касается Сынов Волка, то они сначала оставались с теми отрядами, которые вели через горные пустоши, но потом всё изменилось.

Когда отряды заняли свои места, Божественноликий провозгласил, что настало время для мирного и спокойного завтрака. Пока все ели, Могучеродный решил поговорить с Божественноликим. Он сказал ему:

– Пойдём, брат, я покажу тебе кое-что. Ты, Даллах, тоже иди с нами.

Могучеродный повёл их по лесным тропам, и вскоре Божественноликий в просветах между стволами увидел небо, ещё через некоторое время, когда воины почти вышли из чащи, они стали осторожнее. Впереди Лесная долина круто спускалась в Серебряную. Склон этот был гол, и ничто уже не могло укрыть идущих здесь. Только местами росли кусты да редкие деревья. Пред ними открылся такой прекрасный вид, что Божественноликий едва сдержал восхищённый возглас. Юноша видел, что окружённая пустынными горами долина была узкой только с восточного края. К западу она расширялась, и там её окаймляли не отвесные скалы, как Дол, а пологие склоны холмов, чуть выше, чем тот, на котором они сейчас стояли, но не неприступные – при желании на них можно было взобраться. Это был конец их путешествия. Долина простиралась далеко на запад, где поворачивала к юго-западу, скрывая свою дальнюю часть за склонами, лежащими слева от наблюдателей. Долина была более широкой, чем Дол, а потому и менее ровной. Тут и там на ней поднимались холмы, между которыми текла река чуть шире Бурной. Вдоль берегов реки стояло много крепких каменных домов с хозяйством. Почти все склоны покрывали виноградники. В рощах и зарослях стояли крепкие высокие деревья, по большей части дубы, сладкие каштаны и липы. Множество садов, окружавших дома, стояли теперь в цвету. На светло-зелёных пастбищах у воды паслись коровы и кони. Более тёмные участки у подножия склонов и на ровной земле в стороне от реки обозначали пахотные поля.

Прямо под склоном, на котором стояли наблюдатели, лежал Серебряный город – сердце долины. Прежде он не был ограждён, но Могучеродный указал на новую белую стену, поднимавшуюся с западного края города. Хотя день только начинался, на стене уже работали люди, выкладывая камни и скрепляя их известковым раствором. Город показался Божественноликому красивым. Все дома были каменными, а самые большие из них были крыты свинцом, который, как и серебро, добывался в горах на восточной окраине долины. Рыночную площадь со всех сторон окружали дома, но с того места, где стояли наблюдатели, её было хорошо видно – такой широкой она была. До этого центра Серебряной долины было всего три фарлонга. Божественноликий видел, как по площади ходят люди в ярких одеждах. Высоко над их головами виднелись какие-то предметы алого и жёлтого цветов, висевшие на двух шестах, установленных напротив большого каменного здания со свинцовой крышей, стоявшего посередине западного края площади. Между шестами располагался холм с пологими склонами из белого камня, а посередине самой площади лежала большая четырёхугольная вязанка хвороста. Красная и жёлтая предметы на шестах, видимо, были знамёнами этих лиходеев. Могучеродный подтвердил это, объяснив, что там висят крупные связки полос шерстяной ткани, похожие на те, которыми моют полы, разве что шире и длиннее. На войну, по словам Могучеродного, смуглолицые ходили только с ними, разве что ещё у них был кривой меч, измазанный человеческой кровью, гораздо больше любого меча, каким может сражаться воин.