Умолк. А я уже рассматриваю тени, помады, все блестит, будто в пыльце магической. В груди праздничное волнение откуда — то взялось. Подкрасилась золотыми тенями и синего добавила. Пудру первую попавшуюся схватила, на внешней стороне ладони проверила оттенок и на себя, удовлетворенная результатом. Какой кайф!!

Возилась недолго, тяп — ляп, и готово. Для средневековья кошачьих глаз рисовать не надо, им и так сойдет. Больше с волосами боролась, продирая их гребнем с тонкими прутиками. Поспешила оторваться от зеркала, как бы не попасть под влияние чар от новизны, никогда не любила самолюбованием заниматься.

В следующую комнату спешу. Эта уже центральная, исходя из расположения и формы стен. За одной как раз зал, где я на статуи и призрака нарвалась. Судя по мебели, это обеденный зал. Проскочила мимо. Дальше пошли спальни и сразу окошки появились. Занавески и шторы всюду, стиль «крылья бабочки» и «лепестки роз». Кровати благоухают новизной, белье везде кремовое!

Все шкафы по дороге распахнула «любопытная Варвара». Везде одежда висит. Повседневная, походная. Полки с бельем, ночнушки, халаты. Все новое, свежее и такое блестящее! Будто пыльцой волшебной приправлено.

Вернулась к лестнице, обследовав весь этаж. Недолго думая, двинулась выше! Третий этаж, та же планировка холла, такие же статуи. Вот только картина другая. Куча детей изображена, целая толпа, словно фотография школьная. Вот только все друг на друга похожи. Черты лица, как у мужчины на этаж ниже.

Повернулась к арке. Вошла и сразу изумилась, Да тут комната на пол этажа! Большая, с кучей детских кроватей. По стенам полки до полотка с фигурками разными, куклами и игрушечными человечками. Мчусь к полкам, поддаваясь детству в попе. Да тут детский мир целый! Натыкаюсь естественно на стекло, когда к кукле тянусь. Оно растворяется, и мужчина тот же комментирует, как он привез это все из Заморья, что долго в походе бесполезном был и извиняется.

— Война забирает не только жизни, но и время, — выпалил вдруг голос что — то новое. — Я скучаю по нашим детям. Особенно по младшеньким Тиерри и Дерелию. Жалею, что не сумел дать им достойного детства. Война не дала мне быть с вами. Как не прискорбно представлять, что нам не выиграть клесанцев, мы бьемся за честь и наши семьи до конца. Это все, что у нас осталось.

Клесанцев. Бросила на ковер куклу кучерявую из искусно сшитого материала. Мозг затуманенный с тугим скрипом разгоняется и соображает, перебирая информацию. Маг сотворил убежище для своей семьи и ушел на войну с людьми — бабочками?!