«Так не пойдет», — хмурился Дарбер. — «Все должно измениться! Сегодня!»

Жрец прибавил шаг, едва удерживаясь от того, чтобы перейти на легкий бег. Он надеялся настигнуть искомого данталли первым, взять его под арест, присутствовать на допросе и принимать в нем активное участие, а если получится, и казнь этого существа провести самолично на главной площади Олсада. На этот раз он не позволит отодвинуть себя в сторону. Ваймс намеревался доказать, что стоит многого.

Дарбер не отдал себе отчет в том, зачем вдруг извлек меч из ножен и резко замер, не дойдя пары десятков шагов до трактира «Сытый Хряк». Он попытался убрать меч и продолжить движение, но не смог. В душе всколыхнулось опасение и недоброе предчувствие, однако лицо его осталось спокойным и невозмутимым. Нечто чужое заставило его зашевелить губами, обращаясь к своим товарищам с мечом наизготовку.

— Братья, остановитесь! Что мы делаем? — с жаром воскликнул он.

Невысокий жрец Альфред Берг изумленно уставился на своего коллегу и изучающе склонил голову.

— Дарбер, ты чего? — спросил он, оглянувшись. Остальные жрецы также остановились и недоуменно принялись изучать глазами Ваймса.

Страх холодными щупальцами опутал душу. Хотелось кричать: «Помогите!», однако Ваймс лишь угрожающе нахмурился, глядя на Альфреда.

— Вы хоть понимаете, зачем мы сейчас идем сюда? Мы ищем славы в смерти. Пусть и в смерти иного существа. Всю жизнь мы прозябали в этом городишке, просто ожидая, когда под руку подвернется данталли, которого можно спалить, чтобы вырваться отсюда! Чтобы стать знаменитыми, как Колер!

— Дарбер, прекрати. Люди смотрят, — недовольно процедил сквозь зубы жрец Брендвик, вытянувшись во весь свой внушительный рост и посмотрев прямо в глаза Ваймсу. На лице Дарбера отразилась неподдельная злость, во взгляде мелькнуло презрение. Рука самовольно взмахнула мечом и резко нанесла рубящий удар.

— Пусть смотрят на это!

Про себя Ваймс отчаянно взвыл, к горлу должна была подступить тошнота, но этого не случилось, даже когда голова жреца Брендвика откатилась от тела, которое, простояв пару мгновений на ногах, повалилось на дорогу, фонтанируя кровью из рассеченных артерий.

— То, что мы исповедуем — изуверство! Кровавый культ! Мы не имеем права делать того, что делаем! И, если вы этого не понимаете, нам дорога только на Суд Богов!

Несколько жрецов выхватили клинки и с гневными криками «Изменник!» и «Предатель!» бросились на своего товарища.

Ваймс отражал удары каждого, тут же нанося смертельные. Вокруг него полегло уже четверо. Жрец Милтон Карнц, его близкий приятель, набросился на него пятым, в глазах его стояла неописуемая, неконтролируемая злость, которую Дарбер чувствовал и в собственном взгляде.