– Я за монеткой, сударь! – заторопился мальчишка, с сожалением любуясь расстеленной на полу номера палаткой. – Приехал молодой офицер, точь-в-точь как вы сказали!

И протянул крепкую мозолистую ладонь, в которую Лучано поспешно опустил монету.

Сердце радостно екнуло, мальчишку он торопливо выставил и бегом слетел по лестнице, остановившись на пороге нижнего обеденного зала, где офицер как раз обедал. Но, конечно, это было бы слишком просто…

Офицер там и правда имелся, причем высокий и светловолосый, но Лучано услышал, как он сходу потребовал номер, вина и девку. Громогласно заявил, что лично победил дюжину демонов, а теперь привез городскому управителю важнейшее послание от самого лорда-протектора. Вот сейчас перекусит и отправится вручать, а номер и девка должны быть готовы к его возвращению.

Лучано горестно вздохнул и снова поднялся к себе, собрал и уложил палатку, приказав отнести седельные сумки в конюшню и вернуть их на положенное место, то есть к седлам.

До вечера мальчишка прибегал еще три раза. Лучано честно платил, возмущаясь количеству блондинов в Дорвенанте, а потом мрачно обозревал в общем зале сначала молодого купца, торгующего скобяным товаром, потом двух дворян, следующих в Шермез, где один из них получил наследство, а в последний раз мальчишка хитро блеснул глазами и заявил:

– С вас пять медяков, сударь!

– С чего это? – поразился Лучано.

– Так ведь пятеро их, сударь! – с подозрительной радостью заявил слуга. – И все как вы заказывали, здоровущие и волосы светлые. Точно вам говорю!

– А пойдем-ка посмотрим, – с веселой злостью велел Лучано и глянул на обнаглевшего мальца так, что тот попятился, но потом послушно поплелся за ним следом, что-то бубня под нос.

В обеденном зале к вечеру стало людно и шумно, но эту компанию не заметить просто не получалось. Мальчишка не обманул.