Вокруг шумел трактир, кто-то очень храбрый сунулся поглядеть настоящего белого северного волка, но тот презрительно глянул, лениво оскалил пасть, вывалив красный язык, и храбрец передумал. Вольфгардцы тоже благоразумно отступили к своему столу, на прощанье пожелав «любезной девице» и «Ульву» доброго пути. Девчонка мило улыбнулась и ответила тем же, а бастардо коротко склонил голову и снова спрятал лицо за стаканом вина. Лучано поставил бы тот самый заветный банковский скудо, что парень изо всех сил прячет смех. Ну нельзя быть серьезным на таком представлении, да еще с собой в главной роли. Хорошо, что он все время молчал, все равно не смог бы сказать или сделать ничего лучше, чем рыжая.

Тоже допивая вино, Лучано потихоньку рассматривал девицу уже иначе, чем раньше. Быстра, умна, находчива. И есть в ней тот кураж, который зажигается от опасности. Другая бы растерялась, а эта сыграла, словно примадонна… как же это… Подобрать дорвенантское слово для «примадонны» не получилось, Лучано даже на миг задумался, имеется ли вообще в Дорвенанте театр? Если уж банков нету… Тьфу! Хватит об этом думать.

Бастардо повернулся к рыжей и что-то ей шепнул, рискуя выдать себя, а Лучано вдруг задался вопросом, о котором следовало подумать раньше – какой гильдии она магесса? Разум подсказывал, что некромантка, раз уж грандсиньор Бастельеро ее наставник, но представить себе вот эту рыжую смешливую девчонку, наделенную силой Претемной Госпожи, никак не получалось. Мертвецы, призраки, кладбищенские твари? Нет, быть этого не может! Она – и смерть?!

Юная магесса тем временем кивнула и вытерла пальцы салфеткой, которую ей, в отличие от бастардо, подали. Лучано подобрался, лихорадочно раздумывая, когда предложить им свои услуги. Сейчас, когда парочка разморена усталостью, сытной едой и облегчением от благополучно закончившейся встречи с настоящими вольфгардцами? Или все-таки подождать до утра?

И тут у него по спине пробежал холодок, заставив не двигаться с места, а напротив, прикинуться частью обстановки, вроде занавески или медвежьего чучела в углу. В зал вошли двое, и Лучано безошибочно узнал в них серую стражу, людей дожа, как бы он здесь ни назывался. Канцлер, да? Или лорд-протектор… Неважно! Такие мягкие уверенные повадки, пристальный цепкий взгляд и манеру держаться ни с чем не перепутаешь!

Ну что ж, в кои-то веки тайная стража вряд ли явилась по его душу. Приказчик Лучано Фарелли или лейтенант Люциан Фарелл, он одинаково добродетелен и законопослушен. Почти… Но за теми, кто покупает краденых лошадей или тихо ставит свечки Барготу, тайная стража не гоняется. Тут и думать нечего, на кого они нацелились.