Холодный рассвет забрезжил меж деревьев, выхватывая из темноты серую золу и лежащего рядом человека, с головой забравшегося в спальник. Человек ворочался, потому что видел сон. Перед ним возникла темная фигура. Прошептала: «Возьми, — и сунула в руку искусно вырезанную палочку. — Это тотем великого Иштота. В долине белые Боги оставят тебя. Позови Иштота… Позови, если посмеешь», — И темная фигура исчезла из сна и памяти…

Проснувшись, Гримвуд первым делом заметил отсутствие Тушалли. Костер не горел, не бурлил котелок с чаем. Не оставалось ничего иного, как подниматься и самому разжигать костер. Душу наполняли смятение и тревога. Лишь одно он знал наверняка — проводник покинул его.

Холод пробирал до костей. Не без труда от разжег костер, вскипятил воду для чая. Индеец ушел. То ли удар в лицо, то ли страх перед Богом, а может, и то и другое погнали его прочь.

И он, Гримвуд, остался один. То был непреложный факт.

Когда он скатывал спальник — автоматически, кляня про себя на все лады индейца, — его рука наткнулась на деревяшку. Он уже хотел выбросить ее, но обратил внимание на необычную форму. И тут же вспомнился этот странный сон. Сон ли? В руках он держал тотем, сомнений не было. Значит, это был не сон. Тушалли ушел, но, следуя только ему ведомому кодексу чести, краснокожий позаботился о его безопасности. Гримвуд хмыкнул, но все же сунул тотем за пояс.

— Кто знает, может, и пригодится, — пробурчал он себе под нос.

Да, думал он, ситуация сложная. Он один в девственном лесу. Опытный проводник, знающий лес как свои пять пальцев, покинул его. Что же ему делать? Слабак повернул бы назад, идя по своему же следу. Но он, Гримвуд, из другого теста. Да, он встревожен, но сдаваться не собирается. Да, у него есть недостатки. К примеру, вспыльчивость и грубость. Но и решимости ему не занимать. Он настоящий игрок. Он пойдет вперед. И через десять минут после завтрака, предварительно припрятав оставшуюся провизию, Гримвуд двинулся вниз, в загадочную долину — Долину зверей.

В рассветных лучах она казалась особенно красивой. Деревья смыкались за ним, но он этого не замечал. Долина манила к себе…

Гримвуд шел по следу гигантского лося, которого хотел убить. Воздух пьянил, как вино, то и дело попадались пятнышки крови на листьях, на земле. Постепенно он все более проникался очарованием долины. Могучие ели вздымались к небу. Гранитные утесы сверкали на солнце… Долина оказалась гораздо больше, чем он предполагал. Он чувствовал себя в полной безопасности, словно попал домой… Здесь можно остаться навсегда и обрести покой… Оказалось, что в одиночестве есть своя прелесть. Впервые в жизни душа его успокоилась.