— Если хочешь потрогать мои волосы, я не смогу тебе помешать.

Его лицо было так близко, что по глазам в прорезях маски я поняла, что он улыбнулся.

— Отчего это мне хочется стать перчатку и потрогать твои волосы?

Я ответила чистую правду:

— Не знаю.

— Побуждение очень сильное.

Моя леопардица остановила бег, будто ждала чего-то, но я чуяла ее у самой поверхности, будто дайвер считает минуты, чтобы всплыть, не рискуя получить кессонную болезнь. Сидишь в воде, считаешь пузыри и ждешь. Как-то ощущалось, что леопардица примерно этим и занята, но она не пускала пузырей, и леопарды не следят за временем. Или следят не так.

— Коснись меня, — прошептала я.

Он расстегнул манжету, отогнул перчатку — она была частью рубашки, — и запустил пальцы мне в волосы. Леопардица замурлыкала, потягиваясь, стала тереться об его руку, будто он трогал ее круглую голову, а не мои локоны. Я увидела мысленным взором, как она словно большая домашняя кошка трется об его пальцы, но потом она скользнула вдоль руки, прильнула к его телу. Я и лежала навзничь на столе, и ощущала, как чужая энергия трется об него спереди. Будто была одновременно в двух местах.

Его рука сжалась у мета в волосах, тело выгнулось и задрожало от прикосновения леопардицы. Он закрыл глаза, запрокинул голову, будто не мог своему счастью поверить.

Он открыл глаза и уставился на меня — мерцающе золотыми глазами леопарда.

— Опять так сделаешь — и Лисандро опять получит пулю.

— Мы все оглохнем, если ты тут будешь стрелять, — сказала я восхитительно деловым голосом.

— Тогда пустим в ход ножи.

Он сделал какое-то движение, и я успела, обернувшись, увидеть, как один из молчаливых арлекинов метнулся темной полосой. Вот он стоял неподвижно — и вот нож торчит из бедра Лисандро. Я же смотрела прямо на него — и ничего не успела увидеть. Черт возьми, быстрые же они!

— Ты сказал — «опять так сделаю». Я так не делала.

Он снова шевельнул рукой, и я успела увидеть, как тот же арлекин взялся за рукоять.

— Ой, блин! — сказала я.

Одним быстрым движением он выдернул клинок. Из разреза выступила кровь, образуя на джинсах новые пятна напротив огнестрельной раны. Лисандро посмотрел на мета, и глаза у него вылезали из орбит. Смысл был понятен: прекрати это!

— Я же ничего не делаю, — ответила я на несказанные слова.