Мимолетную мысль применить свои телекинетические способности Доминик тотчас же прогнал, вспомнив, что не умеет ими управлять, а потеряв контроль над этой необъяснимой силой, можно стать виновником колоссальных разрушений и даже гибели людей.

— Не стоит отчаиваться, — сказал Эрни, словно прочитав его мысли, — лучше попробуем отыскать лазейку где-нибудь в ограде. Мы ведь и не собирались ломиться в ворота. Между прочим, за нами «хвост», — добавил он, нажимая на газ.

Вздрогнув от удивления, Доминик обернулся и взглянул сквозь заднее стекло «Чероки»: в ста ярдах от них катил на специальных, вдвое шире и выше обыкновенных, шинах грузовой пикап со снегоуборочным щитом, приподнятым на шоссе, и потушенной мигалкой на крыше. Лица сидевших в кабине скрывали тонированные стекла.

— Вы уверены, что они едут именно за нами? — встревоженно спросил Доминик. — Когда они появились?

— Вскоре после того, как мы выехали из мотеля. Они все время следовали за нами: мы притормаживали, и они замедляли скорость, мы ехали быстрее — и они старались не отставать.

— Полагаете, могут возникнуть неприятности?

— Неприятности скорее возникнут у них, если станут напрашиваться, — ухмыльнулся Эрни. — Не обращайте внимания на этих армейских щенков.

— Эрни, умоляю, не затевайте войну лишь для того, чтобы доказать превосходство морских пехотинцев над солдатами! Я готов поверить вам на слово, — рассмеялся Доминик.

Дорога становилась все круче, серое небо спускалось все ниже, темные деревья все ближе подступали к шоссе с обеих сторон. Пикап не отставал.

* * *

Миссис Халбург, мать Эмми, распахнула входную дверь, выпустив на озябшую чикагскую улицу волну теплого воздуха.

— Прошу меня простить за внезапный визит, — сказал отец Вайцежик, — но сегодня с самого утра происходит нечто невероятное, и мне захотелось узнать, как обстоят дела у Эмми...

Отец Вайцежик запнулся, заметив, что миссис Халбург крайне удручена и смотрит на него с каким-то мистическим страхом, явно не понимая, что он ей пытается объяснить. Но, прежде чем он успел спросить ее, что же стряслось, она обрадованно воскликнула:

— Боже мой! Это вы, святой отец! Я прекрасно вас помню, вы навещали Эмми в больнице. Но как вы догадались прийти? Мы же никому еще не звонили! Как же это вы сами догадались?

— Да в чем дело, объясните же мне, ради бога!

Вместо ответа миссис Халбург схватила отца Вайцежика за руку и, оглянувшись испуганно по сторонам, втянула его в дом и потащила за собой по лестнице наверх.

— Идите сюда, скорее!

После увиденного в квартире семейства Мендоза отец Вайцежик предчувствовал, что и у Халбургов его ждет какой-нибудь диковинный сюрприз, но никак не ожидал найти их в таком смятении. В коридоре второго этажа Стефан увидел отца Эмми и ее старшую сестру: они стояли возле открытой двери одной из комнат и, словно завороженные, смотрели внутрь, с выражением одновременно и удивления, и ужаса на лицах. Из комнаты слышались какие-то странные звуки: глухие тяжелые удары, грохот, снова удары и взрывы звонкого девичьего смеха.