Бен всадил пятую пулю в коленопреклоненное чудище, оно откинулось назад на бетон и упало на бок, где и осталось лежать молча и неподвижно.

Грохот «магнума» впечатлял лишь немногим меньше, чем пушечный выстрел. В относительной тишине, последовавшей за шестым выстрелом, барабанная дробь дождя казалась шепотом.

– У тебя есть еще патроны? – спросила Рейчел, все еще в состоянии панического ужаса.

– Все в порядке, – неуверенно ответил Бен. – Оно мертво, мертво.

– Если у тебя есть еще патроны, заряди револьвер! – закричала она.

Он был поражен, поняв, что она вовсе не в истерике. Напугана, верно, чертовски напугана, но держит себя в руках. И знает, о чем говорит. Страх не лишил ее разума, и она уверена, что ему следует как можно быстрее перезарядить револьвер.

Еще утром, целую вечность назад, когда они ехали к охотничьему домику Эрика на озере Эрроухед, он насовал в карманы несколько запасных патронов для револьвера и ружья. И выбросил ружейные патроны, когда оставил ружье в «Меркурии» на шоссе 1–15. Теперь, проверяя карманы, он нашел только два патрона для револьвера, хотя рассчитывал найти не меньше шести; остальные, должно быть, он выбросил второпях вместе с ружейными.

Но все в порядке, все нормально, бояться нечего: существо на дорожке не шевелится, да и не должно шевелиться.

– Поспеши, – поторопила его Рейчел.

Руки у него тряслись. Он открыл барабан и вставил один патрон.

– Бенни, – предупреждающе произнесла она.

Он поднял голову и увидел, что чудовище зашевелилось. Подобрало под себя руки и пытается подняться с бетонной дорожки.

– В бога душу мать! – вскричал он. Он вставил второй патрон в револьвер и защелкнул барабан.

Не веря своим глазам, он увидел, что существо встало на колени и протянуло руку к шесту.

Бен тщательно прицелился и нажал курок. Снова раздался оглушительный грохот.

Существо дернулось, когда в него попала пуля, но продолжало крепко держаться за шест, издавая отвратительный скрежещущий звук. Оно перевело светящиеся глаза на Бена, и он разглядел в них вызов и несокрушимую ненависть.

Руки у Бена тряслись так сильно, что он боялся промахнуться при следующем, и последнем, выстреле. Он никогда не был так потрясен, если не считать первого сражения во Вьетнаме.

Существо уцепилось за шест и поднялось на ноги.

Потеряв уверенность и все же не желая верить, что такое разрушительное оружие, как «магнум», оказалось не способным справиться с чудовищем, Бен сделал последний выстрел.

И снова существо упало, но на этот раз оно оставалось неподвижным не более нескольких секунд. Оно извивалось, верещало и било ногами в агонии, и его покрытые панцирем части тела скребли и стучали по бетону.