Открылась пришельцу словно страшная тайна мрачного подземелья. Проступила перед нежданным гостем в тусклом свете внутренность позабытой-позаброшенной шахты.

Заскребли почему-то у гостя кошки на душе. Страшно что-то стало Гавриле здесь оставаться. Глянул вверх с надеждою, выход посмотрел. Добраться до краешка трудно будет, очень высоко. Кажется, саженок десять или все двенадцать до белого света. Сразу выбраться никак не получится. Не справиться голыми-то руками. Вниз оборваться можно.

Решился невольный гость сыскать выхода в самой яме. Авось повезет. Было тут, однако, темным-темно. Как в добром погребке.

Здесь еще терпимо, а дальше тьма египетская.

Решился тут наш охотник зажечь-запалить вязаный платок свой шейный, тонкой шерсти. Достал верное кресало и давай огонь высекать. Вылетели из кремня веселые искорки и понемногу сухую шерсть запалили.

Набрал яркий огонек силу. Отступила от него древняя тьма, и увидел наш крестьянин старую выработку. Потрудились, видно, здесь старатели на славушку.

Уходит далеко в темноту неровная большая нора — как пещера.

Чего же тута искать-отрывать можно было с таким-то рвением да усердием?

Кажется, вид у породы самый невзрачный, самый бросовый. Значится, ничегошеньки вокруг и нету.

Прошли за кривым следком. Прокопали по неровной дорожке. Получается, что провалился Гаврила в старательскую древнюю шахту. Выкопали здесь широкую золотую жилу. Работали, видно, очень удачно да долго, и недаром. Представилось гостю, как тускло блестели в мозолистых ладонях веселые самородки. Оттягивал карманы да пояса, песочек золотой в толстых мешочках. Может, и Гавриле грешному чего перепадет?

Ступая осторожно, отправился наш охотник навстречу тайнам подземным. Забилось само собою горячее сердце в неясной тревоге.

Вдруг вывел подземный ход путника на широкое место. Предстало оно навроде горницы или пещеры большой. Пробивался сверху в узенькое отверстие белый свет. Падал тот божий свет столбиком вниз и рассыпался золотыми бликами да искрами на сырой земле.

Сверкает что-то небывалым светом да неземным сверканьем. Да не железным или медным, а прямо-таки чистым золотом блещет горка песка на старой рогожке.

Обмер наш Гаврилушка от нежданного подарка, дух ему весь перехватило. Не верит он еще глазам своим и смотрит с превеликим вниманием на чудо. Так и есть!

Уложено перед пришельцем на сырой земле богатство — не богатство. А ни в сказке сказать, ни пером описать.

Сокровище золотое там лежит. Большая горка из ценного-драгоценного песочка. Словно парчу древнюю кто-то расстелил на рогожке. Матушка! А сверху-то, сверху!