— Я по-прежнему твой психоаналитик? Или теперь ты меня будешь психоанализировать?

— Ты очень мне помогла, Карла. Ты меня исцелила. Без тебя я бы не вспомнил, что должен был вспомнить, и не смог бы взглянуть в лицо своего одиночества. Но теперь, когда я его осознал и принял, мне надо его одолеть.

Карла села на диван рядом с Тимми. На мгновение их руки соприкоснулись. Когда это случилось, веселые детские голоса отдалились, а сами фигуры дрогнули и вошли рябью. Тимми спросил:

— Ты меня любишь, Карла?

— Ты еще сомневаешься? После всего, что было? — В ее голосе была горечь.

— Тебе придется умереть.

— Смерть, возрождение, — рассеянно проговорила она, как будто читая по памяти фразы из учебника философии школы Юнга.

— Ты меня правда любишь?

Она поняла, что это не праздный вопрос. Сладко заныло сердце.

— Ты готова перейти последний мост, пройти по последнему тоннелю, чтобы встретиться со мной в Вампирском Узле? — спросил он.

Карла вспомнила тот долгий путь, который они прошли вместе. От стильного офиса в Нью-Йорке до полуразрушенного особняка в Айдахо… от «сейчас» до оперного театра в маленьком немецком городке после Второй мировой войны, и еще глубже в прошлое, до концлагеря, до мрачного замка Синей Бороды… от ужаса к жалости… от тьмы к самой горькой, предельной тьме.

Она сказала:

— Разве можно назвать это любовью? Этот туманный холод…

Он сказал:

— Пойдем.

Они остались одни в комнате с зеркалами, в самом сердце бесконечного хрустального шара. Он взял ее за руку. Холод обжег ей кожу. Она невольно вздрогнула и спросила:

— А Стивен?

— Помнишь, что я тебе говорил? Камень, ножницы, бумага.

— Мне страшно. Мне страшно.

— Не бойся. Я тысячу раз проходил этой дорогой, и со мной ничего не случилось.