— Закройте эту гребучую дверь.

Никто не сдвинулся с места.

— Я… — начал было Брайен. Но Кейл не дал ему договорить:

— Я убью тебя! Твою мать, я тебя убью!

— Прекрати, папа, — сказал Пи-Джей. Потом повернулся к Брайену. — Она должна различать разницу между ними и нами за милю. Даже я различаю, хотя я шошон только наполовину. Из-за вас она забыла, кто она. Вот почему она его впустила. Брайен хотел что-то сказать, но Пи-Джей продолжал:

— Вы ни в чем не виноваты, Брайен.

Брайен видел, что мальчик изо всех сил пытается держаться — как учила его мать. А вот старый Кейл просто сломался. Брайен угрюмо молчал. Да и что сказать мальчику, когда ты только что был в постели с его матерью, и она из-за этого стала вампиром? Господи Боже. Он не мог смотреть в глаза этому парню. Боялся его вполне справедливой ярости. Но больше всего он боялся, что Пи-Джей станет его жалеть.

В конце концов он все-таки выдавил:

— Мне очень жаль. Пи-Джей вскинул голову:

— Я никогда не забуду, кто я.

Повисла неловкая пауза. Все ждали, что кто-то хоть что-нибудь скажет и нарушит эту гнетущую тишину. Ставни гремели под ветром. Никто так и не закрыл дверь, и на порог уже намело снега.

А потом Кейл резко проговорил:

— Я всегда это знал… я для нее слишком старый. Он захлопнул переднюю дверь и поднялся к себе, по-стариковски шаркая ногами.

Брайен обернулся к Пи-Джею:

— Нам казалось, что так будет правильно… то есть все остальные — такие старые, а мы с ней… для нас это было как будто последний шанс… Господи, что я несу?! Как мне попросить у тебя прощения? Я…

Пи-Джей сказал:

— Мне всегда хотелось такого отца, как вы… молодого… с кем можно поговорить… ну, вы понимаете… но…

— Моя племянница умерла. — Брайен шагнул вперед и обнял обоих мальчишек, пусть это были чужие дети… Они все потеряли родных и близких. Они все знали, что это такое — терять. Всю ночь до рассвета они посидели на диване в гостиной, тесно прижавшись друг к другу. И каждый переживал свое горе — один.

25

25