– Мистер Данстэн, в скором времени вы будете довольно состоятельным молодым человеком. Если вам еще не довелось узнать, какие преимущества даст вам толковый бухгалтер, советую вам такового поискать.

– До сих пор я так и не услышала своего имени, – подала голос Мэй.

– И не услышишь, – сказала Нетти. – А сколько от этой сделки получите вы, Крич?

– Я проигнорирую ваш вопрос, миссис Рутлидж. – Крич выровнял бумаги и закрыл папку. – Под воздействием стресса людям свойственны опрометчивые высказывания.

– Вы еще не слышали опрометчивых высказываний, – парировала Нетти. – Так сколько?

– Дайте подумать… – протянул Крич. – За подготовку завещания мистер Крафт мне платил согласно моему почасовому тарифу. Весь гонорар, возможно, обойдется тысяч в пять долларов, плюс-минус… Мы с мистером Данстэном предварительного соглашения не подписывали, за исключением того, что я привел в действие на ваших глазах и за которое получил один доллар. Мистеру Данстэну я пришлю счет за время, что я сегодня утром потратил на него, причем это не имело никакого отношения к настоящему делу о наследстве. Будучи весьма далек от мысли о сговоре со мной по поводу изменения условий завещания мистера Крафта, мистер Данстэн, я полагаю, ничего об этих условиях прежде не знал. Скажу больше – именно такой вывод можно сделать, заметив, насколько поражен услышанным мистер Данстэн.

Нетти резко повернулась на стуле, глаза ее потемнели от гнева:

– Я хочу услышать правду. Ты знал, что должно случиться, когда приехал сюда?

– Понятия не имел, – сказал я. Ручка мисс Вик заскользила по листу блокнота – Да, я поражен. Тоби говорил мне, что собирался позаботиться обо мне, но я думал, он имел в виду мою работу у него в ломбарде.

– Теперь я понимаю, – поджала губы Нетти. – Теперь я понимаю, что это ты велел старому мерзавцу прийти к Стар в больницу. Небось, и платил ему за протокольные визиты.

Бесстрастный голос Крича был как всплеск холодной воды:

– Последнее изменение в свое завещание мистер Крафт внес через две недели после смерти его жены. А именно семнадцатого апреля тысяча девятьсот шестьдесят пятого года. В то время, полагаю, мистеру Данстэну не исполнилось и семнадцати. Также считаю ясным, что намерением мистера Крафта было завещать львиную долю наследства матери мистера Данстэна и что мистер Данстэн унаследовал эту долю в связи с ее кончиной.

– Нетти, – заговорила Мэй, – старый мошенник оставил все Стар?

– Именно это он и сделал, – ответила Нетти. – А поскольку она покинула нас, все переходит к ее мальчику.

Мэй вытянула шею, чтобы взглянуть на меня: