– Все, кто хотят уйти – свободны, – сказал Жан-Клод.

– Испытание не получится, если нас здесь не будет, – возразила Элинор.

– Испытание закончено. Мы слишком опасны, и мы это знаем.

Элинор не стала спорить и вышла. Нечестивец взял брата за локоть и вывел из комнаты. Кажется, Истина плакал.

– А нам что делать? – спросил Римус.

– Охраняйте нас, если можете.

– Можем.

Кажется, он слегка обиделся, что Жан-Клод в этом усомнился.

– Можете нас охранять от нас самих? – спросил Жан-Клод.

– Не понял, – сказал Римус.

Циско принес бинты и пластырь. Он стоял возле кровати, будто не зная, что с ними делать. Я потрогала шею и увидела на пальцах кровь, но укус был чистый. Много крови не будет, если укус был нанесен правильно, а, зная Реквиема, я в этом не сомневалась.

– Антисептик нужен? – спросил Циско.

Римус подошел к кровати и нетерпеливо сказал:

– Ты с ней обращаешься как с оборотнем.

– А, – сказал Циско, попытался положить все это на кровать, остановился, будто не хотел класть между Реквиемом и мной. Он все еще был при пистолете, но уверенный в себе телохранитель испарился, и остался неловкий восемнадцатилетний мальчишка.

– Дай ей марли, пусть прижмет к ране, – сказал Римус. – Бинты – это чтобы чисто было вокруг, не для самой раны.

Циско кивнул, будто понял, но протянул мне марлю, глядя куда-то далеко не мне в лицо. На самом деле он очень старался вообще на меня не смотреть, и я поняла часть его проблем. У меня куда сильнее была видна грудь, чем в начале всего этого. Когда Реквием пил, халат сбился на сторону. Не вся грудь, просто ниже линии шеи, но Циско это сильно отвлекало. Он старался не смотреть и все же таращился, боролся с собой.

Я приложила марлю к ране и запахнула халат другой рукой. Чтобы завязать его снова, мне нужны были две руки, так что сейчас я только держала его запахнутым. Это дало Циско понять, что я заметила, куда он смотрит. Внезапно мы встретились глазами, и он смутился, чуть ли не панический страх мелькнул у него в глазах, и краска поползла вверх от шеи по лицу. Страх сменился злостью, и он отвернулся, будто я слишком глубоко заглянула ему в душу.

Римус взял у него аптечку первой помощи.

– Иди в зал гробов и скажи Назарету, чтобы кого-нибудь вместо тебя прислал.