– Если хочет, может сесть. – Он обернулся ко мне: – Хотите сесть?

– А надо?

Он улыбнулся шире:

– Не думаю, но если надо будет, у вас хорошая поддержка. – Он кивнул в сторону Мики и Ричарда.

– Выкладывайте, Док.

Мой голос звучал чуть сдавленно, но не дрожал. Очко в мою пользу.

– Я могу быть полностью откровенен при всех присутствующих?

Я подавила желание заорать и сумела ответить:

– Да, да, только говорите уж, Бога ради!

Он снова кивнул:

– Вам известно, что у вас ликантропия?

Я тоже кивнула и нахмурилась:

– Мне известно, что я – носитель ликантропии.

– Забавно, что вы так это формулируете. У вас кровь совершенно уникальна, Анита.

– Месяца полтора назад я узнала, что являюсь носителем ликантропии волчьей, леопардовой, львиной и еще какой-то, которую не смогли даже определить.

Он глянул на меня поверх очков:

– Вы знаете, что быть носителем более одного штамма ликантропии невозможно. Они дают перекрестный иммунитет. Ликантропией можно заразиться только один раз.

Я снова кивнула, стиснув руки, которые меня поддерживали.

– Все это я знаю. Я – медицинское чудо, тра-та-та, ля-ля-ля. Давайте к беременности. Есть у меня синдром Маугли или синдром Влада?

Он очень внимательно посмотрел мне в глаза, слишком даже серьезно, и сказал: