– О’кей, – согласилась я, наваливаясь на грудь Реквиема.

Джейсон и Натэниел переглянулись и посмотрели оба на Реквиема.

– Вызови свою силу, Реквием, – сказал Джейсон, – и вызови ее ardeur. Она слишком слаба привязать им тебя к себе, как пыталась раньше. Накорми ее сперва, и ты будешь в безопасности.

– Вроде чревовещания, – сказала я. – Шевелятся твои губы, а из них выходят слова Жан-Клод.

Джейсон улыбнулся мне – совершенно своей улыбкой – и пожал плечами:

– Его слова или нет, но все равно правда.

Я подняла голову, чтобы заглянуть в лицо Реквиема:

– Вот почему ты тогда остановился? Ты боялся, что я стану владеть тобой посредством ardeur'а?

– Да, – ответил он. – Я боялся того, чем кончил Лондон, потому что я этого не хочу.

– Я не думаю, что сейчас готова привязать к себе кого бы то ни было.

По его лицу пробежало выражение совсем не мягкое, не нерешительное – полностью мужское выражение. На миг.

– Тогда я могу делать с тобой, что хочу.

Я подумала было поспорить с формулировкой, но на спор у меня энергии бы не хватило. Слишком я была выжата досуха.

– Да, – сказала я. – Можешь.

Он сел, беря меня на руки и прижимая к груди, переложил на другой край сиденья, встал надо мной на колени. Сила его плясала по мне, и даже это была энергия, была пища. Я смотрела, как тонут его глаза в синем пламени его собственной магии, и наконец он стал смотреть на меня так, будто эти глаза слепы.

– Это действительно то, чего хочет моя леди?

Я посмотрела вниз, вдоль его тела. Такой твердый, такой готовый, такой, что это даже больно ему должно быть немного. Слишком твердый и слишком долго – это не всегда приятное ощущение. Тело его буквально кричало о голоде, а он просил, просил разрешения еще раз.

– Реквием, – сказала я. – Я обещаю, что всегда буду считать тебя джентльменом, но я уже сказала «да».

– Всегда лучше быть уверенным, – шепнул он.

– Не знаю, кто тебя учил этой осторожности, но точно не я.