Конечно, если даже вы оступитесь, не удержитесь на переправе, маловероятно, что это кончится совсем уж плачевно. Хотя опять же были случаи — тонули люди на совсем, казалось бы, пустяковых переправах. Упал человек, ударился головой… Или не смог быстро сбросить рюкзак, тряпки в нем намокли, потянули вниз, и человек не смог подняться на ноги, захлебнулся на глубине меньше метра.

Это, конечно, случай редкий, но уж, во всяком случае, пока вы сумеете выбраться на берег, вас сильно поколотит о камни, а потом уже на берегу вам придется долго подпрыгивать и лязгать зубами, пока вы сможете согреться. А если вы несли на голове вещи, вы сможете полюбоваться ими в последний раз, пока вашу куртку или штаны весело несет за поворот.

Есть и такая таежная гадость, как болота, и о них мне просто не хочется ничего говорить — так неприятно угодить в болото на маршруте! Скорость движения ничтожная, опасность велика, малейшее движение чревато гибелью. А в воздух поднимаются эскадрильи кровососов, место ведь влажное!

Только на самом последнем месте среди таежных опасностей я бы поставил встречу со зверем, после всех болот, рек, болезней, травм, расстояний… Но и от зверя тоже гибнут люди, особенно неподготовленные. Они ведь не знают, что по лесу лучше идти с шумом, с разговорами. Они идут тихо и почти наступают на медведя. Они не знают, что при встрече с медведем ни в коем случае нельзя бежать: даже у совершенно сытого, даже у изленившегося в августовском лесу зверя моментально включается инстинкт преследования. Кроме того, они ведут себя неуверенно, суетятся, пугаются, то есть ведут себя как потенциальные жертвы. Тем более люди не знают, как себя вести при нападении зверя.

Мой старый друг, бывалый таежник, уверял меня, что медведь так умен, что он сразу чувствует, опасен ли для него человек. Мол, чувствует этот зверь, охотник перед ним, опытный лесовик или легкая добыча — горожанин. И как ни увешивайся оружием, как ни наряжайся и ни принимай картинные позы — медведь поймет, с кем он имеет дело.

Возможно, опытный, много раз видевший человека медведь и правда так хорошо разбирается в нас, в людях. Но ведь и самый обычный зверь слышит испуганный вскрик, видит напряженные, отражающие испуг позы, раскрытые рты, расширившиеся глаза… и делает выводы.

А встреча с медведем производит сильное впечатление, уверяю вас! В стороне от тропы захрустел валежник, раздалось могучее ворчание, словно бы исходящее из самых недр колоссальной туши, и вот взметнулась над папоротником, над травой сама туша — грязно-бурая, неуклюже-грациозная, могучая. Зверь, в несколько раз сильнее самого сильного человека, поводит кривыми лапами с когтями по пять сантиметров, и голова совсем не похожа на то, что рисуют у плюшевого добродушного мишки. Морда у медведя узкая, злая и хищная, а если еще уши прижаты, то становится по-настоящему страшно.