Мы сели на скамью прямо под кафедрой, с которой батюшка Анхель произносил воскресные проповеди.

– Чтобы покончить с засухой нужна эпифания, – еле шевеля губами, произнес алькальд.

– Назад в средневековье? – спросил я.

– Все жители нашего города живут в освященном церковью браке, – продолжил алькальд, не обратив на мои слова никакого внимания. – Уровень преступности самый низкий в префектуре. Богослужения справляются вовремя и в должном объеме. Почему же засуха только у нас?

– Не знаю, – сказал я.

– Я подскажу, – обнадежил алькальд. Он поправил фуражку с высокой тульей и привычным движением пробежал сверху вниз по пуговицам кителя.

– Группа радетелей истиной веры, – как вы себя называете, – существует только в нашем городе. После долгих размышлений мы пришли к выводу, что причина засухи кроется в деятельности вашей секты.

– Мы не секта, – попробовал возразить я, но алькальд прервал меня властным жестом.

– Сейчас говорю я. Итак, причина засухи – ваша секта. Ее глава, бывший студент Казанского университета Исидор, человек не здешний. В отличие от всех остальных членов секты. Я не ошибаюсь?

Он посмотрел на меня с лукавым самодовольством. Наверное, так глядит кошка, выпустив на несколько секунд из своих лап затравленную мышь.