– То есть как?

– Чувства могут подвести человека, а вот записанный факт становится предметом критики. Если он не истинен, то быстро найдутся опровержения. Для многих людей нет большей радости, чем доказать, что в книжках написана неправда.

– Ну-у-у, – протянул Моти, – ведь говорят, лучше один раз увидеть. Зрение, самое лучше подтверждение истинности.

– Скажите, а Наполеон существовал? – вдруг спросил Моше.

– Конечно, – уверенно сказал Моти.

– Откуда вы знаете? Вы его видели?

В конце улицы показалась группа монахов. Старые знакомые, работники русской миссии. Посреди группы важно выступал священник с большим крестом на груди. Внешность у него была внушительная: высокий, с крепкими плечами вразлет, и с острым взглядом широко расставленных глаз. Глубины они были такой, что, казалось, засмотришься да и улетишь в них, ухнешь в пропасть, заполненную влекущим черным мраком.

– Хорошей субботы, батюшка, – произнес Моше, когда мы поравнялись.

– Благослови вас Господь, дети Израилевы, – с достоинством ответил батюшка. Остальные монахи чуть склонили головы в поклоне. Мы с Моти ответили тем же.

– С русской миссией в Хевроне, – сказал Моти, когда монахи отошли подальше, – у меня связана забавная история. Недавно я получил электронное письмо от священника из русской православной церкви в Торонто. Мы не знакомы, да и вообще, о православной общине в Канаде у меня нет никакого зеленого понятия. Однако сегодняшний мир сократился до размеров клавиатуры компьютера и, запустив поисковую машину в Интернете, можно с легкостью получить данные почти о любом человеке.

Отца Андрея интересовала судьба вечнозеленого дуба в дубраве Мамре возле Хеврона.

– Согласно православной традиции, – писал он в письме, – когда засохнет дуб, под которым Авраам после обрезания принимал трех ангелов, наступит конец света.

Дуб теперь принадлежит Красной церкви, а отец Андрей относится к Белой, и, поскольку отношения между конфессиями весьма натянутые, то сведений о судьбе дуба давно не поступает. Поэтому он просит меня, как человека, приехавшего из России, то есть относящегося к русской цивилизации, но не участвующего в конфликте между конфессиями, сообщить ему о судьбе дуба.

На мои осторожные сомнения по поводу возможности столь долгого существования дерева отец Андрей ответил весьма категорично, что это очень древняя традиция, и он не видит повода в ней сомневаться.

Я, как человек религиозный, с уважением отношусь к священникам всех конфессий, и постарался подробно ответить отцу Андрею, тем более, что история этого дуба мне хорошо известна. Практически все дубы, росшие в окрестностях Хеврона, уничтожили крестоносцы. Рыцари были людьми грубыми, а некоторые совсем «оторви да брось», и об охране окружающей среды задумывались мало. Дубы они использовали для строительства осадных машин и во время войн с сарацинами вырубили подчистую все рощи Святой Земли. В окрестностях Хеврона остались всего два дерева, про одно из которых сразу возникла легенда, будто бы щепка от него, зашитая в седло, не дает коню спотыкаться. Понятное дело, что благодаря этой легенде дуб за пару десятилетий свели на нет. Остался только один, и его тут же признали «тем самым».