В Хевроне православные монахи появились в середине девятнадцатого века. Русская духовная миссия купила участок, на котором растет дуб, и принялась испрашивать разрешение на постройку церкви. Однако, поскольку православных арабов, или, тем паче евреев, в Хевроне и окрестностях не проживало, то Стамбул выдал фирман лишь на строительство гостиницы для паломников. Гостиница, она же канцелярия духовной миссии, спокойно просуществовала до конца первой мировой войны. Не успели англичане выгнать турок из Эрец Исраэль, как над гостиницей возвели купол, и превратили ее в церковь. После октябрьского путча в Петрограде церковь-гостиница вместе с дубом оказались во владении Белой Православной церкви.

Так они и простояли до 1994 года. Дуб, пусть умеренно, но вполне зеленел. Был он бесконечно стар, лет, по меньшей мере, с тысячу, но до времен Авраама, конечно, не дотягивал. Рос дуб на границе Хеврона и ешиботники из ешивы «Слободка» каждую субботу совершали к нему послеобеденные прогулки.

В 1994 году Израиль и палестинскую автономию навестил патриарх Алексий Второй и попросил Арафата передать Хевронскую церковь под его руку. Раис решил застарелый спор между русскими конфессиями очень просто: послал роту своих бандитов, и те выставили оттуда весь «белый» персонал. Батюшка-настоятель со слезами в голосе рассказывал по радио, как его жену тащили из дома за волосы, а ему самому надавали изрядных тумаков.

С тех пор церковь и дуб принадлежат Красной церкви, а гостиничка превратилось в разведточку. Антенны даже не маскируют, и «монахов» званием ниже капитанского там нет. Возглавляет миссию отец Куртц. Он, думаю, полковник, а то и генерал-лейтенант. Во всяком случае, монахи перед ним чуть не во фрунт вытягиваются. А дуб, увы, не выдержал «красного» влияния и засох.

Все это я отписал отцу Андрею, он ответил мне грустно и слегка растерянно, и просил продолжить наблюдение за дубом.

– Скоро весна, и возможно, дуб снова расцветет. Будем надеяться на лучшее и не подаваться унынию, – закончил отец Андрей свое письмо, и с этими его словами я абсолютно согласен.

Однако суббота уже закончилась, – сказал Моше, задрав голову вверх. – Три звезды, вон, как сверкают. Пора, пора.

Глава пятая ЗАПОЗДАВШЕЕ ПИСЬМО

Глава пятая

ЗАПОЗДАВШЕЕ ПИСЬМО

Моше отпил вино из кубка, произнес завершающее субботу благословение и устало откинулся на спинку стула. Мы запутались в его рассказах, как теленок, которого преследовал праотец Авраам. Все дороги вели в пещеру патриархов. Как бы ни вилась тропинка разговора, в конце концов ты оказывался перед манящей чернотой входа. И выбраться из этого заколдованного круга не было никакой возможности.