— А… — начал было Петр, осторожно кутавшийся в свой короткий халат, но Жора легко подтолкнул его вперед.

— Конечно, с удовольствием. Всем спокойной ночи. Девушки, позвольте сопроводить вас в будуар.

Не дожидаясь соглашения, он вдруг сгреб в охапку взвизгнувшую Кристину и понесся вверх по лестнице. Светлана с криком «Подождите!» кинулась за ними, следом, рявкнув: «Да что ж это такое?!» — кинулся Петр. Виталий медленно пошел к лестнице, косясь на идущую рядом Алину. На ходу он протянул руку и осторожно коснулся ее растрепанных волос. Алина зло отдернула голову.

— Да сухие, сухие, не была я на улице и на кухню не заходила! Впрочем, тебе-то уж точно бесполезно доказывать!

— Отчего же? — поинтересовался Виталий, снова пряча руку в карман. — Я настолько бестолков или настолько пристрастен? Отсутствие симпатий отнюдь не должно граничить с отсутствием логики, рыжик. Если все, что я сейчас услышал и увидел, твой спектакль, то он очень глуп, а ты мне глупой не кажешься.

— Да неужели?! Такое признание — большая честь для меня! — Алина зябко обхватила себя руками. Виталий хмыкнул.

— Я бы допустил, что ты привиделась Кристине — она под хорошим кайфом, — Алина повернула к нему изумленное лицо, и Виталий спокойно кивнул. — Да, да, можешь мне поверить. Но Светка… Ладно, при определенных теориях и Светку можно сбросить со счетов. Но почему ты сказала, что впервые спустилась сюда сейчас, с Ольгой? Ведь это же не так.

— Почему не так?

— Потому что я не могу сбросить со счетов самого себя. Я ведь видел тебя здесь, на первом этаже, возле комнаты отдыха, когда вернулся из подвала с фонарем. Я даже говорил с тобой. Чего ты думаешь, я так удивился, что ты еще не проверила этаж? У тебя было полно времени.

— Значит, и ты тоже… — прошептала Алина, медленно поднимаясь по ступенькам. — Господи, ну что за бред… ну не была я здесь!

— Нескладушки-неладушки! Я верю своим глазам, — заметил Воробьев. — Что, спишем на провалы в памяти? А выход на улицу — тоже?

Алина молчала, пока они не подошли к двери ее комнаты, потом, остановившись, резко развернулась и взглянула прямо ему в глаза.

— Я не была на улице! Не была! Я все прекрасно помню! И нет у меня никаких провалов!

Виталий вздохнул — почти сожалеюще.

— Твое пальто ведь тоже было мокрым. Мокрым насквозь.

Лицо Алины окаменело. Она несколько раз беззвучно шевельнула губами, потом прижала ладонь ко рту и произнесла сквозь пальцы.

— Неправда.

— Спустись и проверь, — Виталий улыбнулся уголком рта. — Это не придумаешь.

— Почему же ты никому не сказал?

— Потому что, — Виталий неопределенно пожал плечами. — Может, у тебя и была причина соврать насчет того, когда ты спустилась… но на улице ты не была.