Услышав этот странный рассказ, я еще больше засомневался в умственном здоровье Хохрякова… Смотрю на него и не могу понять: он верит в то, что говорит, или же ваньку валяет?

А он продолжает: «Не могу, – говорит, – без того, чтобы не порешить кого-нибудь, вот и вас сейчас порешу». В кабинете, кроме нас, никого. Полумрак, только две керосиновые лампы чуть заметно коптят. Он поднимается, а я словно по рукам, по ногам скован, сам не знаю, что со мной происходит. Он медленно, неслышно так, приближается ко мне, ручищи свои огромные растопыривает и хватает меня за горло. Душит медленно, как бы смакуя удовольствие. Я захрипел. На мое счастье, часовой, который его привел с гауптвахты, стоял за дверью, я думаю, он просто подслушивал… Заскочил он и штык Хохрякову между лопатками всадил. Так закончилась эта удивительная история. Я до сих пор не знаю, правду ли говорил этот убийца или врал. Я, человек, к тому времени достаточно повидавший, прошедший германский фронт, повоевавший с большевиками, выполнявший достаточно неприятные задания, связанные с контрразведывательной деятельностью, повел себя как испуганный мальчишка. Подчеркиваю, в своих действиях Хохряков вел себя даже как-то замедленно, лениво, через силу. Мне кажется, хотя сам я и не наблюдал, точно так же ведет себя удав с кроликом. Он, казалось, загипнотизировал меня. Нужно сказать, смерть Хохрякова устроила всех: меня, начальство, непосредственно тех, кто служил рядом с душегубом, да, как мне кажется, и самого Хохрякова. По моему мнению, он желал собственной смерти, поэтому и действовал так нерасторопно.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

1

1971 год, август. Москва

В субботу отправились к Безменову на дачу. Илья заехал к Осипову рано утром, когда дворники еще мели тротуары. Сонно зевая, Осипов кое-как собрался и сел в машину следом за другом.

– А Тамара где? – поинтересовался он, обнаружив, что в машине они одни.

– Томка и девчонки остались дома, у них генеральная стирка. Это к лучшему, не будут путаться под ногами. Сегодня нам предстоит архиважнейшая работа, мы с тобой будем класть печь.

– Печь?! – изумился Осипов. – Так это же очень кропотливое дело.

– Вот я и говорю…

– А ты когда-нибудь клал печи?

– Не приходилось. Но у меня есть умное пособие, я его тщательно изучил, теорию, во всяком случае, знаю.

– На кой… твоя теория. Тут опыт нужен, лучше бы печника толкового нашел… Боюсь, ничего у нас не выйдет.

– Вот ты вечно сомневаешься. Не выйдет, не выйдет… Попробуем, не получится – переделаем. Руководить сооружением буду я, а ты, братец, поработаешь на подхвате.