— Так что же? — подбодрил ее старик, — ты не заметила ничего необычного или, скажем так, странного в поведении твоих новых знакомых?

— Нет! А вот Гоша мне действительно показался странным, даже чокнутым! — Она с обидой взглянула на парня. Тот пожал плечами.

— Она знает больше, чем говорит, — буркнул он в ответ.

— Не знаю я ничего! — взвизгнула Варя. И в самом деле: не рассказывать же им свои сны? Сны ничего не значат, это лишь ее расстроенное воображение. — Меня будут искать! И обязательно найдут!

— Кто?! — хором воскликнули Гоша и старик.

Варя опешила:

— Как это кто? Полиция, родители…

— А, ну да, — равнодушно согласился старик.

— Вам это так не сойдет, — неуверенно добавила Варя.

Старик улыбнулся и, опустив голову, задумался. Гоша сидел молча, глядя куда-то в сторону.

XIII

XIII

Наконец дядька Спиридон встряхнул головой, огляделся. Свечной огарок совсем растаял. В хижине стало темно. Только крохотная искорка лампадки мерцала в углу.

Старик негромко приказал Гоше пошарить в ящике стола и зажечь новую свечку. Варя забилась угол и сидела тихо. Ее начало клонить в сон, но спать никак нельзя! Несколько раз глаза предательски закрывались, и она провалилась в дрему, но почти мгновенно просыпалась, рывком выдергивая себя из дремоты.

Гоша нашел свечку, точнее не свечку, а огарок, зажег его. Потом вышел на улицу и вскоре вернулся с охапкой хвороста. Присел у печки. Вскоре потянуло дымом, загудело пламя. Гоша поставил на печь закопченный чайник. Все это время и старик и Варя не проронили ни слова. Чайник вскипел. Старик с трудом поднялся, разминая затекшую спину, подошел к печи, и почти сразу запахло чем-то пряным, ароматным. Леня снял с крючка две кружки, нашелся и стакан. Варя наблюдала, как он поставил на стол посуду, как дед снял со стены мешок с сухарями и выложил их в миску.

— Знал бы, ежевики бы собрал, — пробормотал он, — ну, ничего, вот, медку попробуйте. Знатный медок, мне его знакомый пасечник приносит…

«Как он тут живет? — с удивлением подумала Варя. — Один, в этой хижине, питается сухарями… Кто он такой?» Ей даже стало жаль старика.

Тем временем Гоша разлил из чайника пахучий напиток, заваренный на травах. Пододвинул Варе стакан.

Старик повернулся к образу и коротко, негромко помолился. Гоша перекрестился, Варя, глядя на него, тоже.