Старик сидел у окошка и кормил птичек. Размочил сухарь в кружке с водой, отламывал кусочки, пичуги подлетали, садились безбоязненно на подоконник и хватали угощение прямо из рук.

На полу, свернувшись калачиком, спал Гоша.

Варя осторожно, чтоб не потревожить его, села, опустила ноги. Старик повернул голову, улыбнулся ласково, кивнул.

— Доброе утро, — прошептала Варя, стараясь не спугнуть птиц. Старик отряхнул ладони.

— Ну как, немного отдохнула? — спросил он.

Варя пожала плечами, покосилась на спящего Гошу. Ей надо было выйти, хотелось в туалет, но она и боялась, и стеснялась спросить. Что ждало ее за дверью? Между тем с миром вроде бы ничего не произошло. Светило солнце, летали птички… и Спиридон выглядел спокойным.

— Мне надо выйти, — призналась Варя.

Спиридон медленно поднялся с табурета, с трудом разогнул спину.

Кивком позвал за собой. Варя с опаской последовала за ним, вышла наружу, утреннее солнце ослепило ее. Все так же шумел водопад, полянка выглядела вполне безопасно. Однако Спиридон напряженно осматривался и, как показалось Варе, даже принюхивался. Она невольно втянула ноздрями воздух. Ничего особенного. Земля и камни еще не успели накалиться, от водопада тянуло свежестью.

Спиридон указал ей небольшую загородку чуть в стороне, в кустах. Она быстро направилась туда, а он так и остался стоять.

Вернувшись, Варя застала его там же.

— Скажите, — робко начала она, — а теперь вы можете мне объяснить, что происходит? Кто эти люди? Почему они напали на нас? Этот Дэн, он кто?

Старик все еще прислушивался к чему-то и не сразу ответил. Варе даже показалось, что он не слушал ее. Но она ошиблась. Спиридон чуть повернул голову и наконец обратил на нее внимание:

— Кто он? Да никто… Точнее, был когда-то кем-то.

— Не поняла…

Спиридон вздохнул:

— Ладно, девонька, пойдем-ка, воды наберем, а потом поговорим.

Они подошли к неглубокой выемке, пробитой в скале водопадом. Старик зачем-то, прежде чем зачерпнуть, опустил в воду палец, попробовал. И видимо, остался доволен качеством воды, покачав головой.

Варя перехватила у него полное ведро, занесла в лачугу.

Гоша проснулся и сидел на полу, тер кулаками глаза.