— Она проснется самое большее через несколько часов. Может быть, вначале у нее будет кружиться голова или с ней приключится истерика. В таком случае… — Дальше доктор перешел на медицинскую терминологию.

— Да, сэр! — послушно кивнула Дорис, и мы пошли к мистеру Трелони.

Едва мы вошли, миссис Грант вместе с сиделкой покинули комнату, оставив нас наедине с хозяином дома. Когда дверь за ними закрылась, доктор попросил меня рассказать о недавних событиях. Я постарался не пропустить ни единой мелочи. Мое не слишком долгое повествование прерывалось его вопросами о том, кто при этом присутствовал и в каком порядке каждый из нас приходил в комнату. Он спросил и о других вещах, но они показались мне не слишком важными и такие подробности не удержались в моей памяти. По окончании нашего разговора он весьма решительно обратился к Маргарет:

— Полагаю, мисс Трелони, только моими знаниями здесь не обойтись. Давайте соберем консилиум.

Она ответила сразу же:

— Рада, что вы пришли к такому выводу, и полностью согласна с вами. Кого вы можете предложить?

— А вы? — спросил он. — Кого-нибудь, кто знает вашего отца? Его никто не консультировал?

— Мне об этом неизвестно. Но я надеюсь на вас — выберите того, кого считаете лучшим. Моему дорогому отцу необходимо срочно оказать помощь, и я буду глубоко признательна вам.

— Есть несколько хороших специалистов, но все они рассеяны по всему свету. Как ни странно, специалистами по мозгу рождаются, а не становятся, хотя для окончательного совершенствования в этой работе необходим тяжелый труд. Самый смелый исследователь на сегодняшний день — японец Чиуни, но он, скорее хирургический экспериментатор, нежели практик. Кроме него есть Цаммерфест из Упсалы, Фенелон из Парижского университета и Морфесси из Милана. Но на первое место я бы поставил Фрере из Королевского колледжа. Он лучше всех названных сочетает теорию и практику, обладает огромным опытом. Для всех нас, кто восхищается им, большая жалость, что столь стойкие нервы и проворные руки подвержены влиянию времени. Со своей стороны я предпочел бы Фрере любому другому.

— В таком случае, — решительно произнесла мисс Трелони, — давайте пригласим доктора Фрере и сделаем это как можно скорее!

Казалось, с плеч доктора Уинчестера упал груз, он заметно повеселел и заговорил с легкостью и живостью, которых не проявлял прежде:

— Я отправлюсь к нему рано утром и попрошу немедленно приехать сюда. — Затем он повернулся ко мне и добавил: — Позвольте-ка забинтовать вам руку.

— Просто царапина. — Я пожал плечами.

— Тем не менее, ее следует обработать. Царапина, нанесенная любым животным, может представлять опасность, лучше не рисковать.