— Что вы скажете теперь?

Не в силах выразить ответ словами, я взял правую руку Маргарет, склонился и чрезвычайно нежно поцеловал ее запястье. Когда, не отпуская руки девушки, я поглядел ей в лицо, то увидел на нем выражение такой радости, о которой мог только мечтать, как о райском блаженстве. Затем я обернулся к мистеру Трелони.

— Вы получили мой ответ, сэр!

Его мужественное лицо осветила гордая улыбка. Абель Трелони произнес единственное слово, когда положил свою руку на наши, сомкнутые, и нагнулся, чтобы поцеловать дочь:

— Хорошо!

Раздался стук в дверь, и в ответ на бесстрастное «Входите!», произнесенное мистером Трелони, появился мистер Корбек. Увидев нас, он в недоумении отшатнулся, и буквально в это же мгновение мистер Трелони поспешил к нему. Когда хозяин дома пожимал ему обе руки, казалось, что весь энтузиазм его молодости, о котором рассказывал нам мистер Корбек, вернулся к нему в одно мгновение.

— Итак, вы достали лампы! — едва ли не выкрикнул Абель Трелони. — Мои предположения в конце концов подтвердились. Пройдемте в библиотеку — там нам никто не помешает, и вы расскажете мне об этом! А пока мы беседуем, Росс, — он обернулся ко мне, — будьте добры, в знак нашей дружбы, достаньте ключи от сейфа, чтобы я смог взглянуть на эти лампы!

Когда я вернулся с ключами, они все еще были увлечены разговором; к ним вскоре после моего ухода присоединился Уинчестер. Мистер Трелони, узнав от Маргарет о его постоянном внимании, а также о том, что он, несмотря на большое противостояние, следовал всем инструкциям, попросил доктора остаться и выслушать захватывающую историю: «Это наверняка заинтересует вас».

Мы рано отобедали в тот день. После этого долго сидели вместе, беседуя, затем около шести часов вечера хозяин дома произнес:

— А теперь нам лучше всего расстаться и спокойно лечь спать пораньше. Мы можем продолжить завтра, часов в двенадцать, а сегодня мне хотелось бы все обдумать.

Доктор Уинчестер ушел первым, с любезной предусмотрительностью прихватив с собой мистера Корбека. Когда они ушли, мистер Трелони сказал:

— Думаю, сегодня вы можете переночевать у себя дома. Мне хотелось бы спокойно провести вечер с дочерью; есть многое, о чем мне следовало бы рассказать ей, и только ей. Возможно, уже завтра я смогу сообщить об этом также и вам; но в данный момент было бы лучше, чтобы нас ничего не отвлекало.

Я прекрасно понимал и разделял его чувства; но опыт последних нескольких дней был еще не забыт, и, несколько помедлив, я решил уточнить:

— Это действительно не опасно? Если бы вы знали, как…