Я вернулся в дом в другом настроении и обрадовался, увидев Маргарет — прежнюю Маргарет, ожидавшую меня.

После ужина, оставшись наедине с девушкой и ее отцом, я поделился с ними своими размышлениями:

— Как вы думаете, не было бы разумно предпринять все возможные предосторожности — на случай, если царица не пожелает воспользоваться нашей помощью, — и во время, и после ее пробуждения, если оно произойдет?

Маргарет ответила так поспешно, что у меня сложилось впечатление, что ее ответ был подготовлен заранее:

— Но она уже все одобрила! Отец старается претворить в жизнь все то, чего желает великая царица!

— Вряд ли это именно так, — возразил я. — Все, что она приготовила, всеми мыслимыми способами отгорожено от всего живого. Сама усыпальница находилась в безлюдной пустыне, далеко от жилья, — мне кажется, она надеялась на эту изолированность, считая, что сможет избежать непредвиденных случаев. Конечно, находясь здесь, в другой стране, в другом времени, в совершенно других условиях, царица Тера может совершать ошибки и невольно угрожать кому-нибудь из нас, как это она делала в отношении других в прошедшие времена. Девять человек, о которых нам известно, были убиты или ее собственной рукой, или по ее повелению. Правительница может быть безжалостна, когда ей это необходимо.

Своим ответом я опасался оскорбить мистера Трелони, но он искренне засмеялся, что несколько успокоило меня.

— Мой дорогой друг, некоторым образом вы совершенно правы. Царица, несомненно, предпочла бы уединение, и, конечно, было бы гораздо лучше, если бы эксперимент произошел в выбранных ею условиях. Однако это стало невозможным, когда голландский путешественник вломился в ее гробницу. Я не виновен в происшедшем, хотя именно записки Ван Хайна заставили меня оказаться в ее усыпальнице. Мною двигало исключительно любопытство, и я взял оттуда вещи, перед которыми не мог устоять как коллекционер и ученый. Вспомните также, что в то время я не имел ни малейшего представления о намерениях правительницы возродиться и не знал о ее подготовке к этому. Все это выяснилось много позже. Но затем я сделал все возможное, чтобы полностью выполнить ее пожелания. Меня пугает только одно: неправильная интерпретация тайнописи царицы. Возможно, я что-нибудь пропустил или не заметил. Однако я не оставил невыполненным ничего из того, что, по моему представлению, должно быть исполнено, и не сделал ничего такого, что послужило бы во вред приготовлениям царицы Теры. Хочу, чтобы «великий эксперимент» завершился успешно. До сего дня я не жалел ни труда, ни времени, ни денег, ни самого себя, преодолевал трудности и смело смотрел в лицо опасности. Все мои силы и знания использованы, используются и будут впредь использоваться до тех пор, пока мы не выиграем или проиграем эту великую ставку.